Массовые беспорядки в темиртау

Массовые беспорядки в темиртау

Выступление темиртауских рабочих (1959 год)

Одним из первых выступлений против тоталитарного режима в Советском Союзе явилось выступление темиртауских рабочих в августе 1959 года.

Руководство страны, потерявшее в период «хрущевской оттепели» (середина 1950-х — начало 1960-х годов) дармовую рабочую силу, состоявшую из заключенных системы ГУЛАГа, остро нуждалось в рабочих руках. Поэтому, объявив освоение целинных и залежных земель «стройкой коммунизма», власти принялись направлять туда молодежь по комсомольским путевкам. Молодые люди, отправлявшаяся на стройки века, представляли работу там лишь по патриотическим песням, стихам и фильмам. Реальность же принесла им горькое разочарование. Руководство строительства Карагандинского металлургического комбината оказалось не готово разместить тысячи прибывших со всего Союза молодых людей. Две тысячи приезжих, к примеру, поселили в рваных палатках. Постоянные перебои с питьевой водой, грязь способствовали нарастанию недовольства. Постельное белье рабочим не меняли месяцами, люди ходили в мокрой одежде, так как после стирки ее негде было высушить. Часто доставлялись испорченные продукты. Многих не обеспечили полноценной работой, отчего заработок был ниже прожиточного минимума.

Архивные документы того периода свидетельствуют, что местное руководство строительства комбината отказывалось даже выслушать претензии рабочих, пришедших рассказать о ситуации. Тем временем сами местные руководители с большой выгодой пользовались возникшей неразберихой. Как следует из документов, только к 1958 году к уголовной ответственности за хищения были привлечены пять чиновников. А за несколько месяцев следующего года было вскрыто почти в три раза больше хищений, чем за весь прошлый год. Тлеющий огонек недовольства вспыхнул огромным пожаром недовольства…

Первые погромы произошли в палаточном городке Темиртау в ночь с 1 на 2 августа 1959 года. Поводом для выступления явилась плохая организация системы общественного питания.

Вечером 1 августа рабочие, вернувшиеся со смены, обнаружили, что питьевую воду вновь не привезли. Несколько сотен возмущенных молодых людей в возрасте от 18 до 22 лет сорвали замки с находившейся возле столовой автоцистерны с квасом. Опустошив цистерну, толпа избила сторожа и, сломав оконные решетки, в считанные минуты разграбила и сожгла столовую.

Многие, напившись кваса и наевшись продуктов из столовой, прекратили беспорядки, решив, что восстановили «социальную справедливость». Но прибывшие милиционеры задержали двоих рабочих (кстати, как выяснилось впоследствии, не принимавших участие в беспорядках). Вновь прозвучал призыв: «Вперед — на выручку товарищей!»

Около 800 человек двинулись к зданию городской милиции Темиртау, окружили его, начали прорываться внутрь. Милиционеры и безоружные курсанты не смогли оказать серьезного сопротивления. Нападавшие устроили погром, разграбили и сожгли милицейскую машину, ворвались в здание, оборвали связь, пытались взломать сейф с оружием.

Только после этого местные партийные работники поняли, что настало время для диалога. В палаточный городок прибыли представитель горкома компартии и управляющий трестом «Казметаллургстрой».

Чиновники, проживающие в комфортабельных квартирах и получавшие спецпайки, поначалу не могли взять в толк, отчего рабочие взбунтовались. Но даже простого обещания «дать воду и пищу без червей» и освободить задержанных милицией хватило строителям, чтобы прекратить беспорядки.

Возможно, на этом все и закончилось бы, но на следующий день в городок привезли цистерну с питьевой водой розового цвета. Страсти накалились вновь.

Цистерну перевернули, и возмущенная толпа опять двинулась по улицам Темиртау. Солдат, охранявших здание милиции, забросали камнями, а помещение разгромили. Потом восставшие устроили погромы в городе. Были разрушены темиртауский рынок, столовая, овощные ларьки. По всему городу рабочие с камнями, палками и металлическими прутьями нападали на милиционеров, дружинников и военнослужащих. Затем в руках у бунтовщиков появились ружья, загремели выстрелы… Настоящий бой между строителями с одной стороны и милицией и военными — с другой разгорелся, когда рабочие проникли в городской универмаг. В солдат и милиционеров летели банки с консервами, бутылки с вином, камни… Возникла перестрелка, появились убитые и раненые. Казалось, что бой идет не между согражданами, а между непримиримыми врагами.

По предложению первого секретаря Карагандинского обкома П. Н. Исаева и начальника управления госбезопасности Исмаилова для наведения порядка к стройке были подтянуты силы милиции и солдат вооруженной охраны КарЛАГа. Из Караганды на подавление восстания прибыли 500 солдат и офицеров во главе с начальником КарЛАГа генерал-майором Запевалиным. Началась переброска войск в Караганду. День и ночь ревели самолеты — везли подразделения внутренних войск. Они сосредоточились под Темиртау. Противостоящие силы сошлись лицом к лицу. Офицеры пытались призвать к благоразумию. В ответ полетели камни, кирпичи, бутылки. И тогда по толпе начали стрелять из автоматов.

Военизированным подразделениям удалось подавить бунт лишь на третий день. По данным архива РГАФ, в ходе массовых выступлений в Темиртау погибли 11 человек, 6 человек смертельно ранены и свыше 50 получили ранения различной тяжести. Более сотни военнослужащих получили ранения, причем почти 40 человек — из огнестрельного оружия. По некоторым данным, силами правопорядка было израсходовано свыше 10 000 боевых патронов.

После прекращения беспорядков было задержано почти 200 бунтовщиков, из них 70 человек были комсомольцами. Правда, большинство из них освободили уже через несколько дней, а уголовные дела возбудили на 40 человек. Часть из них привлекли к ответственности за организацию массовых беспорядков и бандитизм. А двух наиболее активных (по мнению следствия) участников бунта, рабочих Меньшова и Загарина, суд приговорил к исключительной мере наказания — расстрелу. Правда, президиум Верховного суда СССР заменил столь суровую меру на пятнадцатилетнее заключение.

Н. С. Хрущев был поставлен в известность о темиртауских событиях секретарем ЦК КПСС Л. И. Брежневым, которому вместе с первым секретарем ЦК КП Казахстана Н. И. Беляевым, было поручено выехать на место событий. После предпринятых ими мер напряжение пошло на убыль.

4 августа состоялся партактив Казахстанской Магнитки с участием Л. И. Брежнева и первого секретаря Компартии Казахстана Н. И. Беляева. Здесь были оглашены первые печальные итоги бунта: 11 участников беспорядков были убиты на месте, еще пятеро скончались от ран, 27 человек получили серьезные ранения. В медицинские учреждения были доставлены 28 солдат и офицеров, работников милиции. Данные об убитых среди военных не оглашались.

Позже выступления в Темиртау были рассмотрены Президиумом ЦК КПСС, результатом чего стало постановление «О положении дел на строительстве Карагандинского завода». По настоянию Н. Беляева, дела министра внутренних дел Ш. Кабылбаева и начальника УВД по Карагандинской области Н. Любых были переданы в органы следствия. Оба были обвинены по статье 144 ч.2 УК Казахской ССР (превышение власти). Однако Ш. Кабылбаев в 1967 году был восстановлен в должности. Сам Н. И. Беляев за допущенные ошибки в ходе темиртауских событий был снят с работы на очередном XVII пленуме ЦК Компартии Казахстана, вместо него первым секретарем ЦК КП Казахстана был избран Д. А. Кунаев.

Восстание рабочих в Темиртау. Как это было (фото)

В августе 1959 года в Темиртау вспыхнули массовые беспорядки, в которых приняли участие несколько тысяч человек, сообщает NUR.KZ.

Въезд в город Темиртау. Фото: Nnm.me

Восстание возникло при строительстве металлургического комбината (казахстанской Магнитки) и до сих пор неизвестно, сколько жертв последовало за этим трагическим событием.

В 1950 году правительство СССР объявило о начале Всесоюзной ударной стройки, в Темиртау решено построить Карагандинский металлургический комбинат. В казахстанский город начали приезжать рабочие и молодежь со всего Советского Союза и даже из зарубежных социалистических стран (чаще всего из Болгарии).

Все это проходило очень хаотично. Фактически никто не проводил никакого кадрового отбора. Людей наспех собирали со всей страны и отправляли в Темиртау. Порой это делали лишь для отчетности.

В итоге в Темиртау приезжали люди по четырем категориям. Либо по комсомольской линии, либо отсидевшие в лагерях, либо «вербованные» (по контракту). И меньше всего было тех, кто приезжал без приглашения, так сказать «самотеком».

Некоторые города отправляли и вовсе сброд. Как это произошло в Одессе. Там местная милиция выловила за несколько суток всех преступников и тунеядцев города, и оформила их в Темиртау. Они вели себя в Казахстане очень уверенно, их называли «жориками». Их насчитывалось несколько сот человек и жили они по воровским законам.

В Темиртау комсомольцев расселили в комсомольском городке (назывался «Тайвань»), а «вербованных» и прочих в палаточном городке (называлась «Сопка любви»). Обещания партийных работников расселить людей из палаток в нормальные дома так и осталось обещаниями.

Отправка москвичей в Казахстан. Фото: Rusplt.ru

В целом, жилищные условия для рабочих были ужасными. К тому же людей плохо кормили. Особого контроля в палаточном городке за рабочими не было. Там царили свои законы. На одной из палаток даже была надпись: «Одесса мама! Анархия — мать порядка!».

Дело в том, что комбинат проектировали десятки проектных институтов, разбросанных по всему СССР. Не было четкой согласованности их действий. Из-за этого постоянно возникала путаница, как следствие происходили нестыковки и брак продукции. Это все затягивало стройку. Рабочие неделями не работали, пили водку и устраивали пьяные оргии.

Люди не слушали свое руководство, в какой-то степени партийные функционеры дистанциировались от жителей палаточного городка, и те вышли у них из под контроля.

В целом, тяжелое условия жизни рабочих накаляло обстановку в Темиртау. А когда в город приехали несколько сотен наемных рабочих из Болгарии и гостей расселили в удобных общежитиях, то живших в палатках работников это несколько рассердило.

Летом люди вынуждены были жить в палатках, а во время холодов их расселяли в наспех сколоченные бараки. Везде процветало воровство и пьянство.

Точно неизвестно, что стало детонатором для бунта. Но известно, что возвращавшиеся с танцев в ночь с 1 на 2 августа несколько сотен пьяных рабочих перевернули несколько уличных квасных бочек, а потом разгромили рабочую столовую. Подоспевшая районная полиция забрала нескольких активных правонарушителей в участок.

Палаточный городок в советское время. Фото: Rusplt.ru

Однако огромная толпа молодежи затем двинула в этот участок и разгромила его. Вызволив бунтовщиков и избив милиционеров, хулиганы со слов очевидцев тех событий, завладели табельным оружием.

Под утро толпы мародеров разошлись по палаткам, но уже днем в центре Темиртау стал собираться народ. Спонтанный митинг обернулся еще более жутким погромом. На этот раз участники беспорядков опустошали магазины и ларьки, люди тащили по палаткам водку и продукты, повсюду валялись надкусанные колбасы и порванные костюмы из галантереи.

Мародеры и хулиганы из «Сопки любви» попытались склонить на свою сторону активистов из комсомольского городка «Тайвань». Но лишь единицы оттуда приняли участие в хаосе.

Ближе к вечеру был разгромлен главный магазин города Универмаг. Несколько пожилых рабочих и дружинников попытались утихомирить толпы, но у них ничего не вышло. Некоторых из них избили. Милиции в городе не было. Партийных работников тоже. В городе воцарилась анархия и безвластие.

Дальше толпа пошла на механический завод, где вооружила себя уже полностью. Там люди нашли себе арматуры, из которых сделали «пики». У других были ножи и пистолеты, отобранные у милиции.

Генсек ЦК КПСС Леонид Брежнев. Фото: Paranormal-news.ru

Все это время власти Темиртау не сообщали в Алма-Ату, надеясь самим разрешить ситуацию. Последней попыткой стало вооружить рабочих других заводов и коммунистов, чтобы дать отпор обезумевшей массе.

Людям одевали на руки красные повязки, чтобы отличить в бою. В первом строю шли пожилые рабочие, за ним более молодые. Но у этих наспех собранных людей не было взаимопонимания и возможно общего духа. Зато это было у бунтовщиков, которые разогнали рабочих в считанные минуты.

Только после этого власти города обратились за помощью в Алма-Ату, откуда прислали солдат. Но те отказались стрелять по людям. В итоге за помощью пришлось уже обращаться в Москву. В течение суток в Темиртау были присланы военные и курсанты из разных частей Союза. Именно с помощью них и удалось подавить массовые беспорядки.

Из города сбежали несколько тысяч рабочих, участвовавших в бесчинстве. Половина из них была поймана военными на вершине сопки в степи, куда их загнали. В ходе подавления беспорядков погибло 11 человек, еще пять впоследствии скончались в реанимации.

На следующий день в город приехал генсек ЦК КПСС по делам обороны Леонид Брежнев, который устроил разнос местным чиновникам. В итоге многие партийные руководители Темиртау были уволены и исключены из партии.

В итоге, 22 октября 1959 года первый секретарь Карагандинского обкома КП Казахстана Павел Исаев был снят со своей должности и исключён из рядов КПСС. 19 января 1960 года первый секретарь ЦК КП Казахстана Николай Беляев был переведён с понижением на пост первого секретаря Ставропольского крайкома КПСС. Через несколько месяцев он был отправлен на пенсию.

Как хаос в 1959 году на строительстве Казахастанской Магнитки привел к бунту рабочих и их гибели в результате подавления восстания

О массовых беспорядках в эпоху СССР известно совсем немного. Если говорить о послевоенных годах, то в первую очередь вспоминают расстрел рабочей демонстрации в Новочеркасске в 1962 году. Но в период правления Никиты Хрущева стихийные народные выступления вспыхивали неоднократно, чаще в качестве ответа на «милицейский беспредел». Как правило, толпа заступалась за несправедливо задержанного, а милиция в постсталинском государстве не обладала авторитетом, ее боялись куда меньше, чем сотрудников госбезопасности.

Иногда беспорядки сопровождались политическими лозунгами, направленными против политики Хрущева, как было в том же Новочеркасске, и почти всегда призывами к социальной справедливости. Но события в казахстанском Темиртау в 1959 году выделялись из ряда других случаев сопротивления властям длительностью, ожесточением и количеством пострадавших.

Освоение целинных земель в Казахстане в 50-х годах стало одной из главных кампаний правительства, туда поехало много молодежи из разных регионов СССР. Помимо освоения целины было принято решение о создании в республике промышленности, ключевым объектом которой должна была стать Казахстанская Магнитка. В городе Темиртау Карагандинский металлургический комбинат заложили еще при Сталине, в 1950 году, но в завершающую стадию строительство вошло в конце 50-х годов.

В Темиртау съехалась молодежь со всего Советского Союза, причем ехали сюда не столько из-за романтического образа молодых строителей будущего, созданного пропагандой, сколько за деньгами.

«Большую часть работяг составляли так называемые вербованные», — рассказывал один из очевидцев событий, работавший в то время инженером на строительстве комбината. Вербованные получали авансом приличную сумму денег в обмен на обязательство отработать на отдаленных стройках. К тому же молодым семьям обещали жилье, это тоже было одним из стимулов отправиться в Темиртау.

Строители неверно оценили количество приглашенных на стройку рабочих.

«План набора рабочей силы на строительство Темиртау был перевыполнен где-то на 30—40 %, при отсутствии надлежащего фронта работ. Кроме того, вся инфраструктура была не готова к приему такого количества людей: не было торговых точек, общественного питания, жилья, достаточного количества питьевой воды. Люди жили в палатках, в стесненных условиях, и на эти неудобства руководители не обращали должного внимания», — рассказывал позднее тогдашний первый секретарь Центрального комитета комсомола Казахстана Сагандык Кенжебаев.

Приехавшие, их насчитывалось до 15 тысяч человек, были расселены в брезентовых палатках. В них жили и семейные рабочие, говорится в монографии Владимира Козлова «Массовые беспорядки в СССР при Хрущеве и Брежневе». В дождливую погоду палатки протекали. Питьевой воды не хватало, люди не умывались в жару по 3—5 дней, неделями не стирали белье.

Работы на всех не хватало, зарплата была ниже обещанной, в палаточном городке расцвело пьянство, сопровождавшееся драками. К тому же в Темиртау на строительство приехали бывшие заключенные, которые способствовали криминализации палаточного лагеря.

Усугубил ситуацию особый статус рабочих из социалистической Болгарии, также приехавших помогать строить Казахстанскую Магнитку. В отличие от советских граждан, их поселили в комфортабельных условиях.

«Для них было (болгар. — РП) и нормальное теплое жилье, и питание в столовой, а нам, можно сказать, ничего. Мы ели всухомятку: даже воды почти не было. Привезут немного и на этом успокоятся, а люди чуть ли не в драку», — цитирует радио «Свобода» очевидца событий Елизавету Тридгардт.

Партийные руководители и остальное местное начальство игнорировали все жалобы со стороны рабочих на плохие условия проживания. Все лето ситуация накалялась, недовольство росло.

Вечером 1 августа вернувшиеся со смены молодые рабочие, по другим сведениям они возвращались с танцев, вновь обнаружили отсутствие воды. Со злости рабочие сломали замок у автоцистерны с квасом, на шум собрались и другие жители лагеря. «У бочки с квасом вспыхнула драка, молодых людей действительно мучила жажда», — пишет Владимир Козлов.

Не заставшие кваса, обратили взор на столовую, они ворвались туда, избили сторожа и забрали лимонад и кефир.

Милиционеры, сначала их было всего пять человек, благоразумно не вмешивались в события и запросили помощи. Толпа была не готова к прибытию подкрепления и разбежалась. Милиционеры, желавшие найти виновных, задержали двух молодых людей, видимо непричастных к небольшому погрому в столовой. Следствие в дальнейшем не установило за ними какой-то вины. Это задержание стало большой ошибкой. Уже готовые разойтись и прекратить волнения рабочие получили важный стимул для продолжения выступлений.

Утром 2 августа вновь собралась толпа с требованием освободить товарищей, по разным оценкам ее численность колебалась от 500 до 1,5 тысяч человек. Они двинулись к городскому отделу милиции. Большинство сотрудников правопорядка были в это время у столовой, поэтому толпа не встретила никакого сопротивления. Был перевернут и сожжен милицейский ГАЗ-69, толпа закидала камнями здание отдела милиции. Затем самые смелые ворвались внутрь, оборвали телефонные провода в дежурной комнате и разбили печатную машинку.

Но один из милиционеров смог успокоить толпу, он объяснил, что задержанных уже увезли. В это время в Темиртау с одной стороны прибыли солдаты, а с другой приехал один из руководителей стройки и секретарь горкома партии. Они собрали рабочих, выслушали их претензии и обещали ситуацию исправить. Недовольные стали расходиться, многие отправились купаться на озеро, было воскресенье.

Но после обеда в палаточном городке произошел еще один досадный инцидент, после чего насилие выплеснулось на улицы Темиртау. Рабочим привезли цистерну с питьевой водой, которая оказалась то ли розового цвета (возможно из-за марганцовки для дезинфекции) или даже желтого. Вокруг цистерны быстро образовалась толпа. «Смотрите, чем поят», — выкрикнул кто-то. Тут же вспомнили об арестованных товарищах и про обман со стороны руководства.

Толпа снова направилась к отделу милиции, там уже стояли в оцеплении около 30 солдат с оружием. Военных закидали камнями, протестующие снова ворвались в здание: на этот раз они разбили все стекла на первом этаже и разломали два телефона. Милиционеры под давлением толпы пообещали к ночи освободить двоих задержанных. Собравшиеся разделились на несколько групп: кто-то пошел в лагерь ждать товарищей, кто-то митинговал около универмага. В толпе все весомей становилось мнение бывших уголовников по отношению к сотрудникам милиции, они стали призывать к грабежам и погромам. Толпа поддалась на призывы, было разгромлено здание треста и совершен налет на универмаг. К этому времени милиционеры сдержали обещание и отпустили двух задержанных накануне, но было поздно. Агрессивно настроенные люди уже громили все подряд, в том числе охотничий магазин.

«Толпа грабила магазины, рынок, универмаг, столовую, осадила горотдел. Некий Шилов, хронический алкоголик, предлагал взорвать здание милиции и привезти для этого машину взрывчатки», —

рассказывал тогдашний заместитель начальника УВД по Карагандинской области Михаил Васютин, находившийся в Темиртау.

Попытки успокоить толпу силами местных дружинников оказались неудачными.

«Нас, коммунистов, стали собирать в горкоме партии. Первый секретарь, бледный и растерянный, выступил и сказал, что мы сами должны дать отпор „вражеским наймитам“. Выдали всем новые черные спецовки и красные ленточки на руку, чтобы друг друга опознавать. Каждому — по короткому арматурному пруту», — рассказывал один из дружинников. Они двумя колоннами выдвинулись к универмагу, где собралась возмущенная и неконтролируемая толпа.

«Когда до магазина оставалось метров сто — вдруг залп. В первых рядах колонн несколько человек упало. А потом сразу — „Ура, ура!“ — вся братва веселая на нас ринулась с пиками. Мы не выдержали, побежали. Противники нас не стали преследовать, только долго кричали и свистели вслед», — рассказывал о неудаче и первых жертвах дружинник.

В ночь на 3 августа в районе универмага противостояние достигло своего апогея: солдаты пытались очистить территорию от погромщиков, те ответили ожесточенным сопротивлением. Мятежники стреляли из охотничьих ружей по военным и милиционерам. Военные в свою очередь тоже открыли огонь по бунтовщикам.

«Один из участников нападения на универмаг вывел из гаража грузовую машину „МАЗ“ и попытался протаранить цепь солдат. Он был убит», —

пишет в своей монографии Козлов.

Этой же ночью был разгромлен рынок Темиртау, утром протестующие опять пытались собраться у универмага, но были разогнаны милиционерами и прибывшими солдатами, которые применяли оружие. Тем не менее 3 августа грабежи продолжались.

«Вот и главная „арена“ — здание универмага. Висят на телеграфных столбах раздетые манекены. Издалека они кажутся человеческими телами, и это сходство усиливает дикость происходящего. На земле — неописуемая помесь галантереи и гастрономии. С разбитых окон третьего этажа свисают развернутые рулоны сукна и модного тогда китайского габардина. Время от времени в проемах окон появляется человеческая фигура и высыпает на головы толпящихся людей то ворох болгарских сигарет, то зубную пасту. Толпа алчно набрасывается на дармовое. Давка, ругань. » — так описывал ситуацию в Темиртау во второй половине дня 3 августа очевидец.

Вечером войска были введены в палаточный городок. Сопротивление продолжалось еще около суток, после чего массовые беспорядки были подавлены.

Некоторые очевидцы говорят о том, что в подавлении массовых беспорядков участвовали охранники, собранные «со всех зон Карагандинской области, в основном нерусской национальности», впрочем, другие свидетели эту информацию опровергают. Другой очевидец событий рассказывал, что в Темиртау был введен десантный полк из Закавказского военного округа.

Во время массовых беспорядков от бунтовщиков пострадали 109 офицеров и солдат, 32 из них получили огнестрельные ранения, но никто не погиб. Среди участников волнений 11 человек были убиты, 32 ранены, пятеро впоследствии умерли.

Козлов в своей монографии подчеркивает, что состав участников массовых беспорядков постоянно менялся.

«Многие молодые люди то „включались“ в волнения на короткий отрезок времени, то „выпадали“ из них. Они то становились частью агрессивной толпы, то вновь приобретали автономное от нее существование — шли спать или на танцы, уходили купаться или даже смотреть кино. Другими словами, параллельно с разворачивавшимся бунтом шла обычная жизнь выходного дня», — пишет историк.

После подавления беспорядков были арестованы 190 человек, уголовное дело возбудили в отношении 42-х. Семеро из них были названы организаторами бунта, их обвинили по статьям «массовые беспорядки» и «бандитизм». Действия других были квалифицированы только как «массовые беспорядки», с некоторых даже сняли обвинения до суда «имея в виду меньшую степень их виновности», другие получили условные сроки. К суду были сняты и обвинения в бандитизме. Тем не менее двое участников бунта, которых суд признал организаторами, были приговорены к расстрелу. Впоследствии им изменили высшую меру пресечения на 15-летнее заключение.

По свидетельствам очевидцев, на следующий день после подавления беспорядков в Темиртау приехал секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев. Он сделал оргвыводы: многие партийные чиновники и сотрудники милиции были уволены со службы или переведены в другие районы. Через несколько месяцев своего поста лишился первый секретарь ЦК компартии Казахстана Николай Беляев. Его перевели в Ставропольский крайком в январе 1960 года, а еще спустя несколько месяцев уволили на пенсию.

Свидетелем массовых беспорядков и их подавления в Темиртау стал Алексей Казанник, будущий генпрокурор России, вошедший в историю отказом от места в Верховном Совете СССР в пользу Бориса Ельцина на I Съезде народных депутатов. В 1959 году Казанник работал плотником на строительстве Карагандинского металлургического комбината и разгон уличных выступлений, по его словам, укрепил его решимость стать юристом.

Массовые беспорядки в Темиртау и долготерпение милиции. 1959 г.

В мае-июле 1959 г. на строительство Карагандинского металлургического завода из различных областей и республик страны прибыло большое количество молодежи, преимущественно в возрасте от 17 до 20 лет.
Руководство строительство не было готово к массовому приему рабочей силы. 2000 приезжих были размещены в брезентовых палатках так называемого палаточного городка. Причем в общих палатках вместе с молодежью оказались еще и семейные рабочие.
Многие палатки были порваны и в дождливую погоду протекали. В них недоставало элементарного -стульев, столов, тумбочек для личных вещей. Воды не хватало даже для питья, не говоря уже об умывании.
Иногда жители городка не могли умыться в течение 3-5 дней. Белье молодые рабочие стирали около бачка с питьевой водой, сушить его было негде, часто люди были вынуждены надевать мокрую одежду.
Постельное белье не менялось порой в течение 20 дней. Плохо работало освещения, не было радио, газеты поступали нерегулярно. Были случаи, когда люди в пище находили червей, ели тухлое мясо, испорченные продукты.
Фронт работ к приезду молодежи подготовлен не был. Многие по две-три недели вообще не приступали к работе. Соответственно, и заработная плата была ниже прожиточного минимума.
На почве безделья и неустроенной жизни начались пьянство, картежная игра, драки. О двух наиболее крупных драках (100 и 200 участников) МВД СССР накануне событий информировало ЦК КПСС.

Местное начальство не только не хотело или не умело улучшить положение дел на производстве и в быту, но отказывалось даже выслушивать претензии. Обычно жалобщиков грубо выгоняли из кабинетов, а у некоторых руководителей в приемных рядом с обычными секретаршами сидели еще и дружинники, которые просто не пускали рабочих на прием.
Фактически в Темиртау была полностью отключена необходимая для поддержания стабильности и жизнеспособности советского бюрократического государства система обратной связи с населением — отсутствие реакции начальства на жалобу закрывало для людей последнюю легальную возможность изменить положение к лучшему.

Ночь с 1 на 2 августа: начало беспорядков.

Воды не было уже не в первый раз. Раздраженная толпа молодых рабочих, преисполненная сознанием собственной правоты и гневом к начальству, около 10-11 часов вечера разбила замки и стала распивать квас из находившейся у столовой автоцистерны.
Возникла давка и неразбериха. Судя по тому, что у бочки с квасом вспыхнула драка, молодых людей действительно мучила жажда. Остатки кваса вылили на землю.
Когда на месте событий появилась большая группа рабочих из первого и второго палаточных городков — питья им уже не досталось. Неудивительно, что взоры толпы, в конце концов, обратились к столовой.
Участники беспорядков избили сторожа, взломали оконные решетки и стенные деревянные перегородки в столовой, забрали из буфетов все содержимое, а оставшееся разбросали по залу.
Пока одни участники беспорядков удовлетворяли жажду и занимались заурядным мелким хулиганством, в действие вступили полууголовные элементы. Они попытались использовать конфликтную ситуацию в сугубо корыстных целях.
Под шумок кто-то разгромил галантерейный киоск и попытался проникнуть в посудохозяйственный магазин, где питья заведомо быть не могло. В это же время в толпе обнаружилось присутствие подстрекателей.
Раздался провокационный призыв поджечь столовую (очевидно, чтобы замести следы преступления). Однако толпа последовала этому призыву не сразу. Столовая была сожжена и полностью разрушена позднее.

Около трех часов на месте происшествия появились более значительные силы милиции (до этого было только пять человек, с которыми, однако, серьезного конфликта у толпы не возникало, поскольку милиционеры держали себя благоразумно-пассивно) и стали разгонять толпу.
Она была явно не готова к прямому столкновению с властями и отреагировала на активность милиции вполне адекватно — люди просто разбежались. На этом этапе у толпы еще явно не было вожаков и стихийных лидеров, не очень ощущалось и влияние подстрекателей и мелких уголовников, готовых ловить рыбу в мутной воде погрома.
Подавляющее большинство участников волнений — вполне лояльных молодых людей, попавших в неблагоприятные и непривычные условия палаточного городка, просто потеряли стимул продолжать агрессию.
Однако милиция, воодушевленная покорностью толпы и преисполненная служебного рвения — желанием предъявить «виновников», задержала двух случайно оказавшихся на месте происшествия парней. Следствие так и не установило за ними какой-либо особой вины.
Возможная реакция молодых рабочих Темиртау на задержание двух товарищей по беспорядкам была вполне предсказуемой. Часто в таких ситуациях участники волнений демонстрируют групповую солидарность и пытаются освободить задержанных.
Так случилось и на этот раз. Одновременно в ход событий вмешалось новое действующее лицо — активное «ядро», группа людей, взявших на себя роль двигателя беспорядков. С этого момента именно их действия и поведение все больше определяют физиономию событий.

После разгрома столовой и появления дополнительных сил милиции толпа постепенно рассеялась. Многие отправились спать. Однако, по показаниям свидетелей, приблизительно через полтора-два часа они были разбужены криками.
Кто-то снова созывал толпу — идти освобождать двоих задержанных товарищей. Произошло это около 5-6 часов утра 2 августа.
Вновь возникшая толпа, уже обогащенная прошлым опытом, двинулась к городскому отделу милиции — освобождать задержанных товарищей. Значительные силы милиции (милицейский взвод и часть сотрудников городского отдела) в это время были сосредоточены в другом месте — у столовой. Здание горотдела осталось без серьезной охраны.
Для начала толпа дала выход накопившейся негативной энергии: перевернула, а затем разбила дежурную милицейскую автомашину ГАЗ-69, забросала здание горотдела камнями и палками. Не встретив отпора, участники беспорядков стали действовать смелее. Они ворвались в помещение горотдела, оборвали телефонные провода в дежурной комнате и разбили пишущую машинку.
В конце концов, оказавшийся на улице милиционер Н.А.Карпич легко успокоил толпу, сказав, что задержанных уже увезли. Участники волнений еще не обладали достаточной инерцией агрессивности.
Около восьми часов утра на место событий прибыли солдаты. Работники милиции выставили охрану у столовой и промтоварного ларька. Примерно тогда же в палаточный городок прибыли управляющий трестом «Казметаллургстрой» и секретарь горкома КП Казахстана.
Они провели собрание рабочих и выслушали претензии. Возник легальный канал для выражения недовольства. В принципе это могло положить конец беспорядкам. Начальство, как положено, обещало разобраться и принять меры.
Утомленная ночными приключениями молодежь стала расходиться по палаткам. Некоторые пошли на озеро купаться — было воскресное утро. Успокоились и представители власти, полагая, что конфликт исчерпан.

Вечер 2 августа. Бледно-розовая питьевая вода.

После обеда беспорядки вспыхнули вновь. Люди отдохнули после ночных событий. Одни выспались в палатках, другие вернулись с купания. Именно в это время (около трех часов дня) в городок привезли цистерну питьевой воды.
Оказалось, что она имеет необычную бледно-розовую окраску (возможно, в воду для дезинфекции добавили слабый раствор марганцовки). Свидетели происшествия подняли шум, снова стала собираться толпа.
Зачинщики на этот раз сразу же обнаружили повышенную агрессивность. Один из них, вооружившись прутом от кровати, выбежал на улицу, крикнув соседям по палатке: «Ребята, выходите на улицу».
Толпа в целом поначалу склонялась к компромиссу. Кое-кто вступил в довольно мирную дискуссию с лейтенантом милиции, оказавшимся на месте событий. Снова возникла тема освобождения задержанных товарищей, так и не отпущенных на свободу.
После того, как лейтенант уехал, кто-то вспомнил о причине шума, перевернул бак с водой и закричал: «Смотрите, чем поят!». Бак погрузили на машину и повезли в больницу, чтобы провести экспертизу. Побежали за врачом. Врача на месте не было. Бак сбросили у больницы и направились к зданию милиции — освобождать задержанных.

Здание милиции на этот раз охраняли солдаты — около 30 человек. Сначала первые ряды остановились, испуганные видом оружия. Но кто-то выбежал вперед и закричал, что в народ стрелять не посмеют. Задние ряды стали теснить передних.
Толпа вплотную подошла к солдатам. Раздались выстрелы. Сначала люди бросились бежать прочь от опасного места. Но кто-то крикнул, что стреляют холостыми патронами. Все повернули назад и напали на солдат с камнями. Охрана отступила в здание милиции. Бунтовщики ворвались на первый этаж, выбили стекла в окнах, разбили 2 телефонных аппарата.
У крыльца возник короткий стихийный митинг, который выявил прежние противоречия между «уголовниками» и «романтиками». Выступали двое.
Судя по невнятным показаниям свидетелей, один опять призывал освободить задержанных, другой — еще и ограбить универмаг. Краткая внутренняя дискуссия завершилась тем, что толпа выбрала трех «парламентеров» для переговоров с милицией. Охрана пропустила их на второй этаж.
Руководство «представителями» взял на себя некто Манышин. Он в ультимативной форме потребовал освободить задержанных к 23 часам 2 августа. В случае невыполнения этого требования он угрожал полностью разгромить здание городского отдела милиции.
Сначала требования были отклонены как противоправные. Тогда «парламентеры» вышли на улицу и сообщили об этом остальным. После этого все тот же Манышин вторично вошел в помещение милиции и стал настаивать на выполнении ультиматума. В конце концов, работники милиции пообещали привезти ребят к 11-12 часам ночи. (это требование было выполнено).

Обещание освободить задержанных успокоило далеко не всех. Атака на здание милиции продолжалась еще какое-то время. Кто-то, обнаружив похвальное здравомыслие, влез на подоконник и призвал прекратить бросать камни.
Из милиции вместе с солдатами вышел уже известный нам милиционер (Карпич) и стал увещевать оставшуюся толпу. Вероятно в это же время (возможно, раньше) один из активистов вызвался привезти на грузовике взрывчатку и подорвать здание.
В конце концов, часть участников беспорядков начала расходится, натиск ослабел. Но те, кто остался на месте событий — наиболее активные и агрессивные, — последовали новому призыву. Разнесся слух, что вся милиция находится в палаточном городке. Люди бросились туда — продолжать погром. Более лояльные пошли в том же направлении.
Некоторые из них, вероятно, хотели успеть посмотреть детский кинофильм «Судьба барабанщика», который в это время показывали в клубе.

Ночь на 3 августа. Сражение за универмаг.

В 12-м часу ночи большая толпа окружила и разгромила здание треста, а потом совершила налет на универмаг. По всей вероятности, теперь инициатива перешла к уголовникам. Состоявшееся освобождение задержанных товарищей свело на нет мотив восстановления справедливости в действиях толпы.
Отныне она руководствовалась либо стремлением к социальному реваншу (среди участников беспорядков было достаточно много людей с криминальным прошлым, желавших свести счеты с представителями милиции), либо прямой корыстью.
Часть людей отправилась в городок и, убедившись, что арестованных освободили, осталась там. Вскоре со стороны магазина прибежали люди, крича, что дружинники идут от магазина к городку.
Дружинников дважды забросали камнями и заставили повернуть назад. После этого произошел новый раскол. Из толпы, стоявшей ближе к магазину, полетели камни. Затем начался грабеж. При попытке солдат очистить здание универмага завязался настоящий бой. Среди защитников здания звучали призывы к расправе с военнослужащими. Кто-то звал солдат присоединиться к бунту.
Войска применили оружие. Один из участников нападения на универмаг вывел из гаража грузовую машину «МАЗ» и попытался протаранить цепь солдат. Он был убит.
В работников милиции и военных бросали камни, банки с консервами и бутылки с вином. Некоторые хулиганы имели охотничьи ружья, часть из которых была захвачена у сторожей, и стреляли в солдат и милиционеров.
Кроме того, участники беспорядков напали на склад взрывчатых материалов, захватили две винтовки и взрывчатку.
Часть людей, участвовавших в нападении на универмаг и здание треста, после начала сражения прибежала в палаточный городок с криками, что пришли солдаты и стреляют в тех, кто в магазине и около него. Затем привели раненых. Это сообщение вновь подстегнуло беспорядки.

В ночь на 3 августа погромному нападению был подвергнут Темиртауский рынок. Под утро загорелись здание столовой и овощной ларек. Погромы, разрушения и поджоги сопровождались нападениями на военнослужащих, сотрудников милиции и народных дружинников, пытавшихся восстановить порядок.
Участники беспорядков вновь бросали в них камни, металлические прутья, палки и даже стреляли из охотничьих и других ружей.
Около 7 часов утра оперативным нарядом милиции и солдатами толпа у универмага была разогнана. Одновременно начали вывозить раненых, убитых и задержанных. 3 августа около 12 часов дня солдаты ушли от магазина. Небольшая толпа собралась вновь и пошла грабить универмаг.
Спустя два часа с места этих событий прибежали погромщики и сообщили, что снова пришли дружинники и опять идут к городку. Дружинников забросали камнями. Затем в городок вошли солдаты.

Вечером 3 августа порядок в городе был в основном восстановлен. Но некоторые лидеры волнений пытались продолжить бунт. Трое из них, избежавшие ареста, договорились спровоцировать волнения в Комсомольском городке.
Они нападали на автомашины, в одной из них взяли бензин для поджога домов, в том числе здания, в котором размещался штаб народной дружины. Кроме того, один из них ходил по общежитиям Комсомольского городка и призывал молодежь продолжить борьбу.
Затем все трое отправили записку своему товарищу в палаточный городок — предлагали поднять молодежь на новое выступление. Наступательный порыв взбунтовавшихся молодых рабочих к тому времени угас, люди были напуганы арестами, выстрелами, кровью. Поэтому, когда двое лидеров появились 4 августа в общежитие Комсомольского городка, они не только не нашли поддержки, но и получили отпор.

Вожаки и подстрекатели. В ходе массовых беспорядков в Темиртау 109 солдат и офицеров получили ранения, в том числе 32 — из огнестрельного оружия.
Среди участников волнений было убито 11 и ранено 32 человека (пятеро впоследствии умерли). При подавлении бунта было задержано 190 человек, главным образом, молодых рабочих в возрасте 18-21 года, прибывших на строительство всего за две-три недели до событий. 75 человек были членами ВЛКСМ.
Большинство после короткого разбирательства отпустили на свободу. Против 42 задержанных возбудили уголовные дела и арестовали.
Следствие, проведенное следственным отделом КГБ при Совете Министров Казахской ССР, привлекло семерых активных участников массовых беспорядков в Темиртау к уголовной ответственности по одному делу, а совершенные ими преступления квалифицировало как бандитизм и массовые беспорядки (ст.14 и 16 Закона об уголовной ответственности за государственные преступления). Впоследствии обвинение в бандитизме было снято.
Другие арестованные были отданы под суд только за участие в массовых беспорядках (без обвинения в бандитизме), некоторые осуждены условно — «с учетом обстоятельств, характеризующих личности». Ряд уголовных дел на участников беспорядков был прекращен до суда, «имея в виду меньшую степень их виновности».

Смотрите еще:

  • Дом из утрамбованной земли Дом из утрамбованной земли А. Яковлев, архитектор В №8 нашего журнала за прошлый год была опубликована заметка под заголовком «Утрамбованная земля — строительный материал». В ней […]
  • Оон международная защита прав человека Оон международная защита прав человека Международная защита прав человека. Общие сведения В настоящее время Российская Федерация является участников двух международных договоров: […]
  • Статистика развода на 2012 В Санкт-Петербурге октябрь, 23, 2018 год 6 °C Читают все Н овости партнёров L entainform Как изменилась статистика браков и разводов в России за 60 лет 03/07/2012 Росстат опубликовал […]
  • Применяется ли в настоящее время конфискация имущества Правила и основания конфискации имущества (глава15.1 Уголовного Кодекса Российской Федерации). 30 октября 2015 года 13:34 На протяжении нескольких десятилетий конфискация имущества в […]
  • 147 ч 3 ук рф Уголовный кодекс РФ c комментариями Комментарий к статье 147 1. Об основных различиях ст. 147 УК и ст. 141 УК РСФСР 1960 г. см. комментарий к ст. 146 УК. Кроме того, в ст. 147 УК уточнена […]
  • Состава преступления предусмотренного ст 159 ук рф Состава преступления предусмотренного ст 159 ук рф В данном параграфе будут рассмотрены объективные признаки состава преступления мошенничества: объект и объективная сторона. Согласно ч. 1 […]
  • Геноцид апартеид дискриминация Геноцид апартеид дискриминация (определение из Большой Советской энциклопедии) Апартеид, (апартхейд) (на языке буров (африкаанс) apartheid - раздельное проживание), принцип расовой […]
  • Кельзен право и закон НОРМАТИВИСТСКАЯ ТЕОРІЯ ПРАВА Г. КЕЛЬЗЕНА Ганс Кельзен (1881-1973) - австрійський юрист, засновник теорії правового нормативізму, або "чистого вчення про право"; професор Віденського, […]
admin

Обсуждение закрыто.