Отказ арбитражного суда в принятии искового заявления

Отказ арбитражного суда в принятии искового заявления

По каким основаниям арбитражный суд может отказать в принятии искового заявления?

В ст. 107 АПК РФ дан перечень оснований к отказу в принятии искового заявления.

Судья отказывает в принятии искового заявления:

1) если спор не подлежит рассмотрению в арбитражном суде;

2) если имеется вступившее в законную силу принятое по спору между теми
же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям решение или определение
о прекращении производства по делу либо об утверждении мирового соглашения
суда общей юрисдикции, арбитражного суда;

3) если в производстве суда общей юрисдикции, арбитражного суда, третейского суда имеется дело по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям;

4) если имеется вступившее в законную силу принятое по спору между темп
же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям решение третейского суда, за исключением случаев, когда арбитражный суд отказал в выдаче исполни
тельного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, возвратил дело на новое рассмотрение в третейский суд, принявший решение, но
рассмотрение дела в том же третейском суде оказалось невозможным.

Перечень оснований к отказу в принятии искового заявления является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Об отказе в принятии заявления судья обязан вынести определение. Следовательно, судья не вправе оформлять отказ в принятии заявления резолюцией на исковом заявлении или письмом на имя истца. Такие действия нарушают не
только права истца, но и других лиц, участвующих в деле.

Определение об отказе в принятии искового заявления должно быть направлено лицам, участвующим в деле, не позднее пяти дней со дня его поступления в арбитражный суд.

К определению, направляемому истцу, должны быть приложены исковые материалы, исковое заявление и приложенные к нему документы.

Определение об отказе в принятии искового заявления может быть обжаловано. В случае отмены определения исковое заявление считается поданным в день первоначального обращения в арбитражный суд.

Новелла АПК РФ: отказ в принятии иска

20 декабря 2016 года вступил в силу Федеральный закон от 19.12.2016 № 435-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации», согласно которому у арбитражных судов появилось право отказывать в принятии иска.

Указанное нововведение сближает Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации (далее – АПК РФ) с Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации и Кодексом об административном судопроизводстве Российской Федерации, которые могли и раньше отказывать в принятии иска.

Окажем профессиональную помощь в любой ситуации, обращайтесь +7 (343) 222-10-20

Так, АПК РФ был дополнен статьей 127.1, которая устанавливает следующие основания для отказа в принятии искового заявления (заявления):

  1. исковое заявление, заявление не подлежат рассмотрению и разрешению в арбитражном суде;
  2. имеются вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда;
  3. имеется определение о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска или утверждением мирового соглашения сторон либо определение об отказе в принятии искового заявления, заявления;
  4. имеется ставшее обязательным для сторон и принятое по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям решение третейского суда, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда либо если арбитражный суд отменил указанное решение.

В случае наличия оснований для отказа в принятии иска, судья выносит соответствующее определение с указанием конкретных обстоятельств, послужившие основанием для отказа в принятии искового заявления (заявления).

При этом уплаченная государственная пошлина подлежит возврату. Копия определения вместе с исковым заявлением (заявлением) и прилагаемыми к нему документами направляется указанному лицу не позднее пяти дней со дня поступления искового заявления (заявления) в суд.

Также необходимо учесть, что отказ в принятии искового заявления, заявления препятствует повторному обращению в суд с такими заявлениями к тому же ответчику, о том же предмете и по тем же основаниям.
Определение об отказе в принятии иска можно обжаловать в вышестоящую инстанцию. Если определение отменят, иск будет считаться поданным в день первоначального обращения в арбитражный суд.

Юрисконсульт ГК «АВАЛЬ»

Добрыдина-Янкелевская Д.А.

Арбитражный суд Пермского края

Внесены изменения в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации

Федеральным законом от 19.12.2016 № 435-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации (далее – АПК РФ) внесены изменения, вступившие в силу 20 декабря 2016 года.

Обзор основных изменений АПК РФ

АПК РФ дополнен нормами, регламентирующими институт отказа в принятии искового заявления, заявления, заявления о выдаче судебного приказа.

АПК РФ дополнен новой статьей 127.1 «Отказ в принятии искового заявления, заявления», устанавливающей следующие основания для отказа в принятии искового заявления, заявления:

исковое заявление, заявление не подлежат рассмотрению и разрешению в арбитражном суде;

имеются вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда, а также определение о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска или утверждением мирового соглашения сторон либо определение об отказе в принятии искового заявления, заявления;

имеется ставшее обязательным для сторон и принятое по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям решение третейского суда, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда либо если арбитражный суд отменил указанное решение.

Установлено, что отказ в принятии искового заявления, заявления препятствует повторному обращению в суд с такими заявлениями к тому же ответчику, о том же предмете и по тем же основаниям.

Статья 229.4 АПК РФ изложена в новой редакции, устанавливающей основания для отказа в принятии заявления о выдаче судебного приказа – общие основания, предусмотренные статьей 127.1 АПК РФ, и специальные:

заявлено требование, не предусмотренное статьей 229.2 АПК РФ;

место жительства или место нахождения должника находится вне пределов Российской Федерации;

из заявления о выдаче судебного приказа и приложенных к нему документов усматривается наличие спора о праве.

Напомним, что обстоятельства, предусмотренные в качестве специальных оснований для отказа в принятии заявления о выдаче судебного приказа, прежней редакцией статьи предусматривались в качестве оснований для возвращения заявления о выдаче судебного приказа.

Также введены новые основания для возвращения заявления о выдаче судебного приказа:

не представлены документы, подтверждающие обоснованность требования взыскателя;

отклонено ходатайство о предоставлении отсрочки, рассрочки уплаты государственной пошлины или об уменьшении ее размера).

Изменен (расширен) перечень оснований для кассационного пересмотра судебного приказа.

Согласно новой редакции статьи 288.1 АПК РФ основаниями для пересмотра в порядке кассационного производства судебного приказа являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход приказного производства и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов взыскателя или должника в делах приказного производства.

Напомним, что ранее основаниями для пересмотра в порядке кассационного производства судебного приказа являлись только нарушения норм процессуального права, которые в части 4 статьи 288 АПК РФ указаны в качестве оснований для отмены судебного приказа.

Отказ в принятии искового заявления

(англ. refusal in acceptance of suit) — в гражданском судопроизводстве РФ одно из возможных решений судьи суда общей юрисдикции или арбитражного суда, принимаемых при рассмотрении судьей вопроса о принятии искового заявления.

Согласно ст. 129 ГПК* судья обязан отказать в принятии искового заявления в случаях, если: а) заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства; б) заинтересованным лицом, обратившимся в суд, не соблюден установленный законом для данной категории дел порядок предварительного внесудебного разрешения дела; в) имеется вступившее в законную силу, вынесенное по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям решение или определение суда о принятии отказа истца от иска или об утверждении мирового соглашения сторон; г) в производстве суда имеется дело по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям; д) состоялось решение товарищеского суда, принятое в пределах его компетенции, по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям; е) между сторонами заключен договор о передаче данного спора на разрешение третейского суда; ж) дело неподсудно данному суду; з) заявление подано недееспособным лицом; и) заявление от имени заинтересованного лица подано лицом, не имеющим полномочий на ведение дела.

Судья, отказывая в принятии заявления, выносит об этом мотивированное определение, которое вручается заявителю одновременно с возвращением поданных им документов. О. в п.и.з. по основаниям, указанным в пп. «б», «ж», «з» и «и», не препятствует вторичному обращению в суд с заявлением по тому же делу, если будет устранено допущенное нарушение. На определение судьи об О. в п.и.з. может быть подана частная жалоба или принесен протест.

В арбитражном процессе О. в п.и.з. обязателен в случаях, если: а) спор не подлежит рассмотрению в арбитражном суде; б) имеется вступившее в законную силу принятое по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям решение или определение о прекращении производства по делу либо об утверждении мирового соглашения суда общей юрисдикции, арбитражного суда; в) в производстве суда общей юрисдикции, арбитражного суда, третейского суда имеется дело по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем нее основаниям; г) имеется вступившее в законную силу принятое по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям решение третейского суда, кроме случаев, когда арбитражный суд отказал в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, возвратил дело на новое рассмотрение в третейский суд, принявший решение, но рассмотрение дела в том же третейском суде оказалось невозможным (ст. 107 АПК РФ*). Об О. в п.и.з. судья выносит определение, которое направляется лицам, участвующим в деле, не позднее 5 дней со дня его поступления. К определению, направляемому истцу, прилагаются исковые материалы. Определение об О. в п.и.з. может быть обжаловано. В случае отмены определения исковое заявление считается поданным в день первоначального обращения в арбитражный суд.

Большой юридический словарь . Академик.ру . 2010 .

Смотреть что такое «Отказ в принятии искового заявления» в других словарях:

Отказ в принятии искового заявления — (англ. refusal in acceptance of suit) в гражданском судопроизводстве РФ одно из возможных решений судьи суда общей юрисдикции или арбитражного суда, принимаемых при рассмотрении … Энциклопедия права

Отказ в принятии искового заявления — действие судьи в стадии возбуждения гражданского дела, которым констатируется невозможность возникновения процесса ввиду отсутствия у истца права на обращение в суд (ср. Возвращение искового заявления, Оставление заявления без движения). В основу … Правоведение: глоссарий

Возвращение искового заявления — (англ. return of a suit) в арбитражном процессе процедура, осуществляемая при несоблюдении истцом условий реализации своего права на предъявление иска. Согласно ст. 108 АПК РФ* судья возвращает … Энциклопедия права

Возвращение искового заявления — (англ. return of a suit) в арбитражном процессе процедура, осуществляемая при несоблюдении истцом условий реализации своего права на предъявление иска. Согласно ст. 108 АПК РФ* судья возвращает исковое заявление и приложенные к нему документы… … Большой юридический словарь

Возвращение искового заявления — действие судьи в стадии возбуждения гражданского дела, которым констатируется временная невозможность возникновения процесса ввиду нарушения истцом установленного законом порядка обращения в суд. В качестве оснований для возвращения заявления ГПК … Правоведение: глоссарий

АРБИТРАЖНЫЙ ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ — Принят Государственной Думой 5 апреля 1995 года Одобрен Советом Федерации Раздел I . Общие положения Глава 1. Основные положения Статья 1. Осуществление правосудия арбитражным отнесенных к его компетенции настоящим Кодексом и другими федеральными … Большой Энциклопедический словарь

ГРАЖДАНСКИЙ ИСК — обращение заинтересованного физического или юридического лица в суд за защитой нарушенного или оспариваемого права либо охраняемого законом интереса, оформленное исковым заявлением. В соответствии со ст. 242 ГПК исковое заявление о возбуждении… … Юридический словарь современного гражданского права

иск — в процессуальном смысле обращение истца (предполагаемого носителя субъективного материального права) к суду с просьбой рассмотреть материально правовой спор с ответчиком (предполагаемым носителем субъективной обязанности) и защитить нарушенное… … Большой юридический словарь

исковое заявление — внешняя форма выражения иска; должно содержать определенные реквизиты: наименование суда, куда оно адресовано, наименование и адреса сторон, фактические основания иска и подтверждающие доказательства, содержание и цену иска, перечень прилагаемых… … Большой юридический словарь

Иск — (лат. actio, petitio; англ. suit, lawsuit, claim, action) в гражданском судопроизводстве юридическое средство защиты нарушенного иЗт^ оспариваемого права или охраняемого законом интереса; представляет собой обращенное к суду требование вынести… … Энциклопедия права

Вправе ли арбитражный суд отказать в принятии иска?

Федеральным законом от 19.12.2016 № 435-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации»Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24 июля 2002 года № 95-ФЗ (далее по тексту — АПК РФ) дополнен статьей 127.1. — «Отказ в принятии искового заявления, заявления»

Согласно ч. 1 ст. 127.1. АПК РФ судья отказывает в принятии искового заявления (заявления), если:

— исковое заявление, заявление не подлежат рассмотрению и разрешению в арбитражном суде;

— имеются вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда, а также определение о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска или утверждением мирового соглашения сторон либо определение об отказе в принятии искового заявления, заявления;

— имеется ставшее обязательным для сторон и принятое по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям решение третейского суда, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда либо если арбитражный суд отменил указанное решение.

Об отказе в принятии искового заявления, заявления судья выносит определение.

В соответствии с ч. 4 ст. 127.1. АПК РФ отказ в принятии искового заявления, заявления препятствует повторному обращению в суд с такими заявлениями к тому же ответчику, о том же предмете и по тем же основаниям.

При этом, определение арбитражного суда об отказе в принятии искового заявления, заявления может быть обжаловано.

Таким образом, арбитражный суд вправе отказать в принятии искового заявления.

Дополнительно сообщаем, что 01.02.2017 в Государственную Думу Российской Федерации внесен проект Федерального закона № 91704-7 о госпошлине за обжалование по АПК РФ определений об отказе в принятии иска.

Согласно внесенному законопроекту при подаче апелляционных, кассационных жалоб на определения арбитражного суда об отказе в принятии иска или заявления госпошлина составит 3 000 рублей.

Отказ в принятии искового заявления в арбитражном процессе: размышления над процессуальной новеллой (Абушенко Д.Б.)

Дата размещения статьи: 29.01.2018

Вступление

Действующий Арбитражный процессуальный кодекс РФ 2002 г. (далее — АПК РФ) изначально не предусматривал института отказа в принятии искового заявления. Нет сомнений, что это было сознательное решение разработчиков закона — отсутствие такого института смещало установление предпосылок права на иск в стадию подготовки, в рамках которой арбитражный суд мог в классической состязательной процедуре (с заслушиванием лиц, участвующих в деле, с возможностью исследования иных, помимо представленных истцом, документов) вынести обоснованное суждение о наличии либо отсутствии фактов, которые бы в принципе исключали возможность производства по конкретному делу.
Надо сказать, что подобный механизм в общем и целом функционировал довольно эффективно, хотя понятно, что в судейской среде необходимость совершения ряда обязательных последовательных процессуальных действий (возбуждение производства по делу, его подготовка, проведение судебного заседания и вынесение определения о прекращении производства по делу) в случаях, когда уже в момент принятия к производству была очевидна, к примеру, неподведомственность спора, воспринималась как излишний формализм. Высший Арбитражный Суд РФ (далее — ВАС РФ) периодически принимал довольно сомнительные рекомендации, которые наделяли арбитражные суды первой инстанции полномочием возвращать исковое заявление (заявление) в ситуациях, когда у истца (заявителя), по сути, отсутствовало право на иск ; однако до радикального изменения закона — возвращения в арбитражный процесс института отказа в принятии искового заявления — полтора десятилетия дело так и не доходило.
———————————
Например, арбитражным судам предписывалось возвращать заявления в случаях, когда «при решении вопроса о принятии заявления о признании нормативного правового акта недействующим судья установит, что в применяемом ФЗ арбитражный суд не назван в качестве суда, компетентного рассматривать такое заявление» (п. 1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.08.2004 N 80 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении арбитражными судами дел об оспаривании нормативных правовых актов»). Схожая идея озвучивалась и применительно к заявлениям о привлечении к административной ответственности за совершение правонарушения, рассмотрение дела о котором не отнесено ч. 3 ст. 23.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях к подведомственности арбитражного суда (п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 02.06.2004 N 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях»).
Понятно, что никаких разумных логико-правовых оснований для применения института возвращения в подобных ситуациях нет — очевидно, что ВАС РФ банально воспользовался рассчитанным на принципиально иные случаи законодательным инструментарием, преследуя цель избавить арбитражные суды от совершения «излишних» процессуальных действий.
Отметим, что ранее действовавшие Арбитражный процессуальный кодекс РФ 1992 г. (ст. 85) и Арбитражный процессуальный кодекс РФ 1995 г. (ст. 107) прямо предусматривали случаи, когда арбитражный суд обязан отказать в принятии искового заявления.

В принятой Концепции единого Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предлагалось «сохранить в новом проекте ГПК институт отказа в принятии искового заявления» (п. 12.5), однако при этом одновременно существенным образом подкорректировать соответствующие легальные основания (по сравнению с имеющимися в ныне действующем Гражданском процессуальном кодексе РФ 2002 г. (далее — ГПК РФ)). До принятия единого ГПК РФ, видимо, еще дистанция огромного размера, и вот в очередной порции поправок в АПК РФ обнаружилась новелла — ст. 127.1 «Отказ в принятии искового заявления, заявления». Собственно, в настоящей работе мы попытаемся провести краткий анализ основных положений указанной нормы и выявить возможные юридико-технические и сущностные недочеты предложенного законодательного регулирования.
———————————
Одобрена решением Комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству ГД ФС РФ от 08.12.2014 N 124 (1).
См.: Федеральный закон от 19.12.2016 N 435-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации».

1. Дефекты законодательной техники

Итак, начнем с очевидных дефектов законодательной техники (хотя они в общем и целом не искажают общий смысл, тем не менее понятно, что АПК РФ должен быть избавлен от подобных шероховатостей).
Во-первых, в ст. 127.1 АПК РФ вместо термина «арбитражный суд» трижды (в ч. ч. 1 — 3) используется термин «судья». В этом был бы какой-то смысл, если бы законодатель акцентировал внимание на том, что судебный акт принимается судьей единолично (как это сделано, например, в ч. 1 ст. 127, ч. 2 ст. 133, ч. 1 ст. 136 и ряде других норм АПК РФ). Однако в ст. 127.1 АПК РФ отсутствует наречие «единолично».
Нарушение внутренней логики становится еще более очевидным, если сравнить ст. 127.1 АПК РФ с нормами Кодекса, регулирующими институты оставления искового заявления без движения (ст. 128) и возвращения искового заявления (ст. 129), — ни в первой, ни во второй не упоминается слово «судья», хотя в обоих случаях законодатель, конечно же, исходил из того, что соответствующий вопрос разрешается судьей арбитражного суда единолично, даже если само дело подлежит рассмотрению в коллегиальном составе.
Во-вторых, ч. 3 ст. 127.1 АПК РФ использует довольно необычную конструкцию — в ней упоминается о «лице, предъявившем исковое заявление». Здесь произошло смешение двух устойчивых выражений — «предъявление иска» и «подача искового заявления». Понятно, что это просто погрешность законодательной техники, за которой не следует искать какой-то скрытый смысл.
В-третьих, в п. 2 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ применительно к судебным актам, исключающим возможность повторного возбуждения судебного производства по тождественному иску, неверно употреблено единственное число («вступивший», а не «вступившие») — при буквальном толковании нормы получается, что соответствующее правовое последствие наступает в том числе и в случаях, когда вынесенные определения о прекращении производства по делу и об отказе в принятии искового заявления (заявления) еще не вступили в законную силу. Вряд ли при разработке закона преследовалась именно эта цель.
В-четвертых, в ч. ч. 1 и 3 — 5 ст. 127.1 АПК РФ используется оборот «исковое заявление, заявление». Видимо, разработчики посчитали важным отдельно указать на применимость института отказа в принятии искового заявления не только к исковому производству, но и к иным видам производств. Сама по себе идея абсолютно правильная, однако в действительности никакой необходимости в использовании этого оборота в данном случае нет — вполне достаточно упоминания одного лишь «искового заявления». Причина, что называется, лежит на поверхности: базовая идея, которая реализована в АПК РФ применительно к процедуре рассмотрения отдельных категорий дел, состоит в том, что законодатель постулирует применимость общих правил искового производства, отдельно выделяя конкретные процессуальные особенности, которые, собственно, и концентрируются в специальных главах и параграфах АПК РФ. Этот юридико-технический прием позволяет, с одной стороны, избегать ненужного дублирования одних и тех же процессуальных правил, а с другой стороны, сразу четко устанавливать конкретную специфику рассмотрения определенной категории дел. И именно поэтому применительно ко всем иным институтам, используемым на стадии возбуждения производства по делу (принятие искового заявления к производству (ст. 127), оставление искового заявления без движения (ст. 128), возвращение искового заявления (ст. 129)), в АПК РФ используется выражение «исковое заявление». Любой правоприменитель, уяснив содержание норм, устанавливающих особенности рассмотрения отдельных категорий дел (например, ч. 1 ст. 189, ч. 1 ст. 191, ч. 1 ст. 195.1, ч. 1 ст. 197 АПК РФ и др.), безусловно, сделает вывод о применимости общих правил, относящихся к исковой процедуре.
Против использования оборота «исковое заявление, заявление» есть и более общее возражение. Статья 127.1 АПК РФ структурно размещена в главе 13 «Предъявление иска», поэтому терминология неисковых производств вступает в противоречие с заявленным для этой главы предметом правового регулирования.
В-пятых, ч. 2 ст. 127.1 АПК РФ устанавливает основание для отказа в принятии заявления об оспаривании нормативного правового акта либо акта, содержащего разъяснения законодательства и обладающего нормативными свойствами. Очевидно, что структурно эту норму следовало разместить в главе, устанавливающей особенности данного вида публичного производства (см. главу 23 АПК РФ).
Полагаем, что этим перечнем исчерпываются очевидные дефекты законодательной техники ст. 127.1 АПК РФ. Обратимся теперь к содержательному анализу нормы.

2. Содержательная критика

2.1. Последствия отказа в принятии искового заявления

Процессуальная доктрина исходит из идеи о том, что отказ в принятии искового заявления отличается от его возвращения по правовым последствиям: в первом случае заинтересованное лицо не может повторно инициировать возбуждение судебного производства по тождественному иску, во втором же такое обращение допускается. Надо полагать, что именно эта идея и послужила отправной точкой для формулирования положений, содержащихся в ч. 4 ст. 127.1 АПК РФ: «Отказ в принятии искового заявления, заявления препятствует повторному обращению в суд с такими заявлениями к тому же ответчику, о том же предмете и по тем же основаниям». Вполне вероятно, что разработчики при этом в общем и целом ориентировались на содержание аналогичной нормы в гражданском процессе: ч. 3 ст. 134 ГПК РФ устанавливает, что «отказ в принятии искового заявления препятствует повторному обращению заявителя в суд с иском к тому же ответчику, о том же предмете и по тем же основаниям».
Думается, заимствование получилось не самое удачное.
Во-первых, в ч. 4 ст. 127.1 АПК РФ не указывается, что истец (заявитель) при новом обращении должен быть тот же, что и ранее. Конечно, можно возразить, что это самоочевидно, ибо для констатации тождественности исков законодатель традиционно использует три элемента — предмет, основание и субъектный состав спорящих сторон (см., например, п. 1 ч. 1 ст. 148, п. п. 2, 3 ч. 1 ст. 150 АПК РФ). Тем не менее это все же довольно слабое оправдание. Почему нельзя было четко и однозначно в ч. 4 ст. 127.1 АПК РФ указать, что обращается этот же истец (заявитель)?
Во-вторых, воспроизведение из ч. 3 ст. 134 ГПК РФ термина «суд» вообще не поддается разумному объяснению. Что за судебный орган здесь имеется в виду? Суд общей юрисдикции? Арбитражный суд? Любой государственный суд? Все государственные, а также иные (иностранные и третейские) суды? На самом деле универсальный (т.е. применимый ко всем основаниям для отказа в принятии искового заявления) ответ в принципе невозможен. Рассмотрим несколько вариантов:
а) отказ в принятии искового заявления вызван неподведомственностью спора. В этом случае в судебном определении прямо указывается на то, что дело не подлежит рассмотрению в арбитражном суде, однако понятно, что логически из этого вытекает необходимость обращения в иной государственный орган (суд общей юрисдикции, Конституционный Суд РФ (далее — КС РФ), уставный суд и т.д.). Поэтому норму ч. 4 ст. 127.1 АПК РФ здесь следует толковать как запрещающую повторное обращение с тождественным иском исключительно в арбитражный суд;
б) отказ в принятии искового заявления вызван наличием вступившего в законную силу судебного акта по тождественному иску, вынесенному российским государственным судом. Такой отказ по логике должен исключать любое иное повторное рассмотрение судебного дела. Несогласный с судебным актом истец наделяется правом на судебное обжалование в суд вышестоящей инстанции, но он, конечно же, не вправе инициировать новое судебное дело с целью дублирующего рассмотрения тождественного иска. Следовательно, для этого случая норму ч. 4 ст. 127.1 АПК РФ надлежит интерпретировать как запрещающую повторное обращение с тождественным иском в любой российский государственный суд, а также в третейские суды . В то же время столь категоричный подход невозможен для компетентных судов иностранных государств — понятно, что всеобщая последовательная реализация принципа res judicata объективно труднодостижима, да и, собственно, нет никаких ограничений к тому, чтобы при отсутствии обязывающих международных соглашений на уровне национальных законодательств установить условия, при которых наличие вступившего в законную силу судебного акта по тождественному иску, вынесенному судом другого иностранного государства, не препятствовало бы возбуждению судебного производства;
———————————
См.: п. 3 ч. 2 ст. 36 Федерального закона от 29.12.2015 N 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации» (далее — Закон об арбитраже).

в) отказ в принятии искового заявления вызван наличием принятого по тождественному иску судебного акта компетентного суда иностранного государства либо ставшего обязательным для сторон решения третейского суда.
Здесь ситуация более сложная. Запрет на повторное обращение с тождественным иском в российский государственный суд (арбитражный суд и суд общей юрисдикции) является, по сути, условным. При этом в качестве условия, отменяющего такой запрет, выступают:
— для судебного акта компетентного суда иностранного государства — факт отказа российским государственным судом в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда (п. 2 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ);
— для решения третейского суда — факт отказа российским государственным судом в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда либо факт его отмены (п. 3 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ).
Запрет на повторное обращение с тождественным иском в третейский суд тоже носит условный характер — чтобы его преодолеть, необходим фактический состав, который включает в себя, во-первых, факт отмены российским государственным судом решения третейского суда и, во-вторых, собственно наличие возможности обращения в третейский суд (ч. 3 ст. 234 АПК РФ, ч. 3 ст. 422 ГПК РФ).
Наконец, запрет на повторное обращение с тождественным иском в компетентный суд иностранного государства, как указывалось выше, определяется соответствующим национальным законодательством. Понятно, что здесь факту вынесения отказного определения российским государственным судом может вообще не придаваться никакого значения;
г) отказ в принятии заявления об оспаривании нормативного правового акта либо акта, содержащего разъяснения законодательства и обладающего нормативными свойствами, вызван наличием принятого решения арбитражного суда или суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному делу, проверившего по тем же основаниям соответствие оспариваемого нормативного правового акта иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, либо проверившего по тем же основаниям оспариваемый акт, содержащий разъяснения законодательства и обладающий нормативными свойствами. Такой отказ по логике законодателя должен исключать любое иное повторное рассмотрение судебного дела в каком бы то ни было суде.

2.2. Основания для отказа в принятии искового заявления

Рассмотрим теперь подробно каждое из легальных оснований для отказа в принятии искового заявления.
2.2.1. Первое основание сформулировано предельно просто: если «исковое заявление, заявление не подлежат рассмотрению и разрешению в арбитражном суде» (п. 1 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ).
Итак, речь здесь, безусловно, идет о неподведомственности дела арбитражному суду. Однако буквальное толкование рассматриваемой нормы вступило бы в противоречие с институтом оставления искового заявления без рассмотрения. Если говорить более конкретно, то речь идет о договорной подведомственности — дело в том, что само наличие третейского соглашения между спорящими сторонами отнюдь не исключает обращения в государственный суд. По смыслу п. 5 ч. 1 ст. 148 АПК РФ такое обращение вполне допустимо, и более того, арбитражный суд обязан возбудить производство по делу и рассмотреть его по существу, если любая из сторон третейского соглашения не позднее дня представления своего первого заявления по существу спора в арбитражном суде первой инстанции не заявит по этому основанию возражение в отношении рассмотрения дела в арбитражном суде. Если же подобное заявление будет сделано, то при действительности и исполнимости третейского соглашения арбитражный суд обязан оставить исковое заявление без рассмотрения.
Таким образом, норму п. 1 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ следует толковать ограничительно, имея в виду, что отказ в принятии искового заявления допустим, только лишь если сам спор подлежит рассмотрению и разрешению исключительно в ином государственном юрисдикционном органе (суде общей юрисдикции, уставном суде, КС РФ и т.д.).
Этим, однако, особенности уяснения смысла первого из оснований для отказа в принятии искового заявления не исчерпываются. Достаточно давно в арбитражных судах на основе прецедентной практики Европейского суда по правам человека (далее — ЕСПЧ) сложилось правило, смысл которого сводится к следующему: при отказе одного судебного органа от рассмотрения дела по причине отсутствия компетенции другой судебный орган обязан принять дело к своему производству и рассмотреть его, не вторгаясь в исследование вопросов своей компетенции .
———————————
Верховный Суд РФ (далее — ВС РФ) в настоящее время это правило однозначно поддерживает, хотя и формулирует его (видимо, исходя из особенностей изложения текста в актах ЕСПЧ) несколько иначе: «В соответствии с принципом, сформулированным Европейским судом по правам человека, если в государстве существуют две судебные системы и одна из них отказалась рассматривать спор из-за отсутствия компетенции, вторая судебная система обязана принять дело к своему производству без исследования вопроса о компетенции» (Обзор судебной практики ВС РФ N 3 за 2016 г., утвержденный Президиумом ВС РФ 19.10.2016).

Применительно к процедуре возбуждения судебного производства в арбитражном суде вышеизложенное правило должно применяться следующим образом: если истец при подаче искового заявления, помимо документов, предусмотренных ст. 126 АПК РФ, приложил также копию вступившего в законную силу судебного акта суда общей юрисдикции , из которого следует, что указанный суд посчитал себя некомпетентным рассматривать конкретный спор, мотивировав это наличием судебно-арбитражной подведомственности, арбитражный суд обязан принять такое исковое заявление к своему производству. Подчеркнем: эта обязанность арбитражного суда не зависит от того, считает ли он себя компетентным рассматривать данный спор. Соответственно, арбитражный суд не вправе в этой ситуации ссылаться на положения п. 1 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ.
———————————
В гражданском процессе к таким судебным актам относятся определения об отказе в принятии искового заявления, об отказе в принятии заявления о вынесении судебного приказа, о прекращении производства по делу, а также акт суда проверочной инстанции, которым производство по делу было прекращено.

Есть еще одна довольно специфическая группа случаев, которая определенным образом пересекается с вопросами применения п. 1 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ.
При принятии ныне действующего АПК РФ было предусмотрено, что «дела, которые находятся в производстве судов общей юрисдикции и которые в соответствии с Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации отнесены к подведомственности арбитражных судов, в течение двух недель со дня введения в действие § 1 «Подведомственность» главы 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с согласия истцов передаются судами общей юрисдикции на основании определения суда в арбитражные суды в соответствии с правилами подсудности, установленными Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и действующими на момент передачи дела» .
———————————
Статья 7 Федерального закона от 24.07.2002 N 96-ФЗ «О введении в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» (далее — Вводный закон).

Вроде бы данное переходное правило довольно очевидно и никаких сложностей на практике вызвать не могло. Тем более что ВС РФ четко указал на ограниченный перечень изъятий, когда подобная передача дела могла бы иметь место по истечении установленного Вводным законом двухнедельного срока . Увы, практика мировых судей и районных (городских) судов общей юрисдикции показала, что смысл процитированной выше нормы Вводного закона некоторые из них понимают принципиально иначе — как правило, легализующее универсальный механизм передачи по подведомственности ошибочно принятого к производству дела. И поскольку де-факто имеют место случаи вынесения судами общей юрисдикции определений о передаче принятого к производству неподведомственного дела в конкретный арбитражный суд , встает вопрос о том, как должен реагировать на такую передачу арбитражный суд, получивший дело. Может ли он, например, учитывая, что вопрос о принятии искового заявления к производству им еще не разрешался, отказать в его принятии, если спор не подлежит рассмотрению и разрешению в арбитражном суде? Заметим, что ни ВАС РФ, ни ВС РФ по этой проблеме не высказывались. В рекомендациях некоторых арбитражных судов округов указывалось, что «поступающие из судов общей юрисдикции дела, возбужденные после 21.08.2002, независимо от их подведомственности не могут приниматься арбитражным судом к производству и подлежат возвращению в суд общей юрисдикции» . Полагаем, что как отказ в принятии искового заявления, так и возвращение самого дела в подобной ситуации допускаться не должны.
———————————
См.: вопрос 2 Обзора законодательства и судебной практики ВС РФ за третий квартал 2003 г.
См., напр.: Постановление ФАС Дальневосточного округа от 05.12.2006 по делу N Ф03-А73/06-1/4683.
Рекомендации Научно-консультативного совета при Федеральном арбитражном суде Уральского округа N 1 (утверждены Научно-консультативным советом при Федеральном арбитражном суде Уральского округа, протокол от 20.05.2005 N 1).

Относительно отказа в принятии искового заявления по п. 1 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ данный вывод обосновывается следующим. Поскольку в Законе нет прямого ответа на вопрос о действиях арбитражного суда, получившего из суда общей юрисдикции уже возбужденное дело, следует обратиться к базовым подходам, определяющим логику судебной защиты.
На наш взгляд, созрели вполне очевидные предпосылки для того, чтобы — с учетом изложенной выше позиции ЕСПЧ — сформулировать общую правовую идею о недопустимости любых компетенционных споров между судебными органами. Под такими спорами следует понимать не только известные процессуальной доктрине и запрещенные законом пререкания о подсудности , но и всякие иные компетенционные споры, когда разные судебные органы высказывают взаимоисключающие суждения о подведомственности конкретного спора в принятых ими судебных актах. При этом для констатации наличия такого спора не должно иметь какого-либо значения то, каким образом суды высказались об отсутствии своей компетенции. Это могут быть как ситуации взаимных определений об отказе в принятии исковых заявлений (определений о прекращении производства по делу), так и иные случаи, которые не предусмотрены законом, однако в которых суждения судов по вопросам компетенции сущностно можно квалифицировать как отрицательный конфликт компетенций. Применительно к рассматриваемой ситуации именно такой конфликт и имеет место — суд общей юрисдикции, направляя дело в арбитражный суд, высказался об отсутствии своей компетенции, и арбитражный суд, если откажет в принятии искового заявления по п. 1 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ, тем самым констатирует, что дело ему неподведомственно.
———————————
См.: ч. 4 ст. 39 АПК РФ, ч. 4 ст. 23, ч. 4 ст. 33 ГПК РФ, ч. 4 ст. 27 Кодекса административного судопроизводства РФ (далее — КАС РФ).

Возвращение полученного судебного дела в суд общей юрисдикции в случае, когда арбитражный суд считает, что дело ему неподведомственно, также совершенно очевидно необходимо квалифицировать как еще один пример отрицательного конфликта компетенций. Хотя следует оговориться, что вполне допустима также и ситуация, когда никакого компетенционного спора между судебными органами нет, — если арбитражный суд, возвращая дело, исходил из того, что ошибка суда общей юрисдикции состояла лишь в использовании несуществующей процедуры передачи судебного дела. Легализует ли это сам институт обратной передачи? Полагаем, нет. Чтобы обосновать это, поставим следующий вопрос: к чему ведет логика действий арбитражного суда, возвращающего дело в суд общей юрисдикции? Ответ очевиден — арбитражный суд считает, что по возвращении такого дела производство по нему должно быть прекращено, а истец вправе предъявить новый тождественный иск по общим правилам непосредственно в арбитражный суд. Но ведь суд общей юрисдикции, направляя дело в арбитражный суд, уже, в сущности говоря, высказался о неприменимости института прекращения производства по делу! Да, это суждение ошибочное, да, суд общей юрисдикции воспользовался процедурой, основанной на неверном толковании изложенного выше правила Вводного закона. Однако принятый судебный акт (определение о передаче дела) вступил в законную силу, и его откровенное игнорирование другим государственным судом — явление глубоко порочное.
Впрочем, помимо аргументов, связанных с недопустимостью конфликтов судебных актов, по сути, принятых по одному и тому же сугубо процессуальному вопросу, есть и иные соображения. Само по себе отсутствие законодательного регулирования действий арбитражного суда, получившего из суда общей юрисдикции уже возбужденное дело, отнюдь не означает, что возможно совершенно произвольное конструирование полномочий, в принципе законом не предусмотренных. Во-первых, возвращение судебного дела в суд общей юрисдикции как некое новое полномочие не может обосновываться результатом преодоления пробела посредством обращения к внутриотраслевой или межотраслевой аналогии. Объясняется это тем, что ближайшими по смыслу нормами, которые могли бы быть применены по аналогии, являются упомянутые выше положения АПК РФ, ГПК РФ и КАС РФ, как раз запрещающие споры о подсудности. Во-вторых, вывод о допустимости подобного возвращения противоречил бы методу правового регулирования. Здесь мы исходим из того, что в отношении действий суда применим исключительно императивный метод, в силу которого суд наделяется только лишь теми полномочиями, которые прямо предусмотрены законом .
———————————
Рамки настоящей статьи не позволяют углубиться в иные вопросы, возникающие при непосредственной передаче дела из суда общей юрисдикции в арбитражный суд (и наоборот). Хотя понятно, что практическая реализация идеи о недопустимости компетенционных споров между судебными органами вызывает целую группу вопросов, как материально-правовых (например, о течении срока исковой давности), так и процессуально-правовых (к примеру, как поступать арбитражному суду, если после получения судебного дела им будет установлено, что часть обязанностей, предусмотренных АПК РФ для стадии возбуждения производства по делу, истцом не исполнена в силу различий процедуры возбуждения в гражданском и арбитражном процессе).

Наконец, при применении п. 1 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ необходимо учитывать специфику действия такого института, как судебный иммунитет. В арбитражном процессе выделяется два вида судебных иммунитетов — предусмотренный ст. 251 АПК РФ иммунитет международных организаций, а также регулируемый главой 33.1 АПК РФ иммунитет иностранного государства и имущества иностранного государства в РФ (далее — иммунитет иностранного государства). Никаких специальных норм, регламентирующих действия арбитражного суда в случае предъявления иска к международной организации, в АПК РФ не содержится. Напротив, применительно к иммунитету иностранного государства введены особые правила, предписывающие в предварительном судебном заседании или при разбирательстве в судебном заседании разрешить вопрос о наличии у иностранного государства судебного иммунитета и при наличии такового прекратить производство по делу (ст. 256.7 АПК РФ). Поскольку нормативное закрепление института отказа в принятии искового заявления было произведено позднее, чем начали свое действие указанные нормы об иммунитетах, важно определить применимость п. 1 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ к случаям, когда уже на стадии возбуждения установлена легальная обязанность суда Российской Федерации воздержаться от привлечения иностранного государства (или международной организации) к участию в судебном процессе .
———————————
Именно так определяет содержание судебного иммунитета п. 4 ст. 2 Федерального закона от 03.11.2015 N 297-ФЗ «О юрисдикционных иммунитетах иностранного государства и имущества иностранного государства в Российской Федерации» (далее — Закон о юрисдикционных иммунитетах).

Начнем с того, что имеющиеся в арбитражном процессе процедурные правила относительно судебных иммунитетов в общем и целом являются проекцией норм международного права, и прежде всего Конвенции Организации Объединенных Наций о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности от 02.12.2004 (далее — Конвенция ООН от 02.12.2004) . Поставим общий вопрос: можно ли, отталкиваясь от ее положений, сделать какие-то определенные выводы о том, каким должен быть необходимый процессуальный механизм в национальном процессуальном законодательстве?
———————————
Отметим, что вопросы применения норм о судебных иммунитетах в российском цивилистическом процессе уже были предметом рассмотрения как в ЕСПЧ (см.: Постановление ЕСПЧ от 14.03.2013 по делу «Олейников (Oleynikov) против Российской Федерации», жалоба N 36703/04), так и в КС РФ (см.: Определение КС РФ от 02.11.2000 N 255-О «По жалобе гражданки Калашниковой Марины Сергеевны на нарушение ее конституционных прав статьей 435 ГПК РСФСР»). И надо сказать, что именно судебная практика подтолкнула отечественного законодателя к более основательной разработке необходимых процессуальных механизмов (см.: Доклад о результатах мониторинга правоприменения в Российской Федерации за 2014 год. URL: http://m.government.ru/all/20742/).
Принятые сравнительно недавно Федеральные законы от 03.11.2015 N 297-ФЗ «О юрисдикционных иммунитетах иностранного государства и имущества иностранного государства в Российской Федерации» и от 29.12.2015 N 393-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О юрисдикционных иммунитетах иностранного государства и имущества иностранного государства в Российской Федерации» (именно он дополнил АПК РФ главой 33.1 «Производство по делам с участием иностранного государства»), по сути, ретранслируют базовые положения Конвенции ООН от 02.12.2004 в российское процессуальное законодательство.

Статья 5 Конвенции ООН от 02.12.2004 устанавливает, что «государство пользуется иммунитетом в отношении себя и своей собственности от юрисдикции судов другого государства с учетом положений настоящей Конвенции». Пунктом 1 ст. 6 Конвенции ООН от 02.12.2004 предусмотрено, что «государство обеспечивает иммунитет государств, предусмотренный статьей 5, воздерживаясь от осуществления юрисдикции при разбирательстве в своих судах дел, возбужденных против другого государства, и с этой целью обеспечивает, чтобы его суды по своей собственной инициативе выносили решение о соблюдении иммунитета другого государства в соответствии со статьей 5». Как видим, формула носит предельно общий характер, ничего не говоря о применении конкретных процессуальных институтов. По интересующему нас вопросу можно выделить два основных момента: первый состоит в том, что требуется вынесение «решения о соблюдении иммунитета другого государства», второй же предполагает отступление от состязательного начала — суды должны выносить такие решения «по своей собственной инициативе».
Как указывалось выше, спецификой рассмотрения дел с участием иностранного государства, прямо предусмотренной ст. 256.7 АПК РФ, является, во-первых, то, что вопрос о наличии у иностранного государства судебного иммунитета в отношении рассматриваемого спора разрешается либо в предварительном судебном заседании, либо при разбирательстве в судебном заседании, и, во-вторых, то, что последствием установления факта наличия у иностранного государства судебного иммунитета является прекращение производства по делу. Полагаем, что такое правовое регулирование нельзя назвать безупречным.
Первое замечание состоит в том, что императивная обязанность по каждому делу устанавливать в предварительном судебном заседании либо при разбирательстве в судебном заседании наличие у иностранного государства судебного иммунитета не согласуется с запретом, содержащимся в п. 1 ст. 8 Конвенции ООН от 02.12.2004 («государство не может ссылаться на иммунитет от юрисдикции при разбирательстве в суде другого государства, если оно само возбудило разбирательство»). Действительно, к чему отдельно в состязательной процедуре выяснять, есть или нет судебный иммунитет, если сам факт предъявления иска этот вопрос, по сути, снимает? Понятно, что подобное «процессуальное излишество» не слишком отягощает процесс, однако же в законе должна быть какая-то внутренняя логика. Очевидно, что для случая, когда иностранное государство выступает в качестве истца, эта логика нарушается.
Второе замечание касается формы окончания судебного производства в арбитражном суде первой инстанции. Законодатель определил, что таковой будет выступать прекращение производства по делу. Это, на наш взгляд, более фундаментальная ошибка. Основным правовым последствием прекращения производства по делу является невозможность предъявления тождественного иска (ч. 3 ст. 151 АПК РФ). Действительно ли закон должен содержать столь радикальное для истца правовое последствие? Проанализируем некоторые случаи, которые могут возникнуть при рассмотрении дел с участием иностранного государства.
Пунктом 1 ст. 9 Конвенции ООН от 02.12.2004 предусмотрено, что «государство, возбуждающее разбирательство в суде другого государства, не может ссылаться на иммунитет от юрисдикции этого суда в отношении любого встречного иска, основывающегося на том же правовом отношении или фактах, что и основной иск» . Теперь смоделируем следующую ситуацию. Сначала был предъявлен иск к иностранному государству, которое после возбуждения производства по делу заявило о судебном иммунитете в отношении рассматриваемого спора. Соответственно, арбитражный суд прекратил производство по делу. После этого уже само иностранное государство предъявляет в арбитражный суд иск к лицу, которое выступало истцом в первом иске. Последний, являясь ответчиком по второму судебному делу, имеет намерение предъявить встречный иск, при этом такой встречный иск по всем элементам совпадает с ранее предъявленным им же иском к иностранному государству. Но раз производство по делу было прекращено, то получается, что процессуальный закон заблокировал такую возможность. Неужели это справедливо? Очевидно, что нет. Процессуальный оппонент иностранного государства оказывается «наказанным», по сути, за свою процессуальную активность.
———————————
Об отказе от судебного иммунитета применительно к конструкции встречного иска упоминается и в ч. 3 ст. 6 Закона о юрисдикционных иммунитетах: «Иностранное государство признается отказавшимся от судебного иммунитета в отношении любого встречного иска, если данное иностранное государство предъявило иск в суд Российской Федерации».

В соответствии с п. 1 ст. 7 Конвенции ООН от 02.12.2004 государство не может ссылаться на иммунитет от юрисдикции при разбирательстве в суде другого государства в отношении какого-либо вопроса или дела, если оно явно выразило согласие на осуществление этим судом юрисдикции в отношении такого вопроса или дела в силу международного соглашения. Может ли такое международное соглашение быть заключено после того, как по иску к иностранному государству арбитражный суд прекратил производство по делу в связи с заявлением о судебном иммунитете? Вполне. Может ли такое международное соглашение распространяться в том числе и на спор, по которому арбитражный суд прекратил производство по делу в связи с заявлением о судебном иммунитете? Видимо, и здесь нет принципиальных препятствий. Но тогда опять получается довольно странная ситуация: международный договор предоставляет возможность реализации права на судебную защиту в арбитражном суде, а российский процессуальный закон препятствует этому через норму о невозможности предъявления тождественного иска (ч. 3 ст. 151 АПК РФ). Насколько оправданным будет такое ограничение? Полагаем, что разумные аргументы здесь отыскать довольно сложно.
Итак, мы ставим под сомнение саму идею прекращения производства по делу для случаев, когда арбитражный суд придет к выводу о наличии у иностранного государства судебного иммунитета (на наш взгляд, здесь подлежит применению иной процессуальный институт — институт оставления искового заявления без рассмотрения). К чему это приведет в плане толкования нормы п. 1 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ? Ответ очевиден: поскольку по правовым последствиям прекращение производства по делу и отказ в принятии искового заявления идентичны, то правило п. 1 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ в принципе не подлежит применению в случаях, когда уже на стадии возбуждения арбитражный суд приходит к выводу о наличии иммунитета. Полагаем также, что общая логика изложенных выше рассуждений может быть применена и к искам, предъявленным к международным организациям.
В качестве дополнительного аргумента к выводу о неприменимости института отказа в принятии искового заявления следует указать и на буквальное содержание п. 1 ст. 7 Конвенции ООН от 02.12.2004: «Государство не может ссылаться на иммунитет от юрисдикции при разбирательстве в суде другого государства в отношении какого-либо вопроса или дела, если оно явно выразило согласие на осуществление этим судом юрисдикции в отношении такого вопроса или дела в силу заявления в суде или письменного сообщения в рамках конкретного разбирательства» . Понятно, что идейная канва этой нормы состоит в том, что сам по себе судебный иммунитет не является абсолютным препятствием для реализации права на судебную защиту, а отказ от него возможен уже в ходе возбужденного судебного разбирательства. Следовательно, возбуждению производства по делу в принципе не должен препятствовать факт наличия иммунитета.
———————————
Похожая норма содержится и в ч. 1 ст. 5 Закона о юрисдикционных иммунитетах: «Иностранное государство не пользуется в Российской Федерации судебным иммунитетом, если оно явно выразило согласие на осуществление судом Российской Федерации юрисдикции в отношении конкретного спора в силу заявления в суде Российской Федерации, письменного уведомления суда Российской Федерации или письменного уведомления, переданного Российской Федерации по дипломатическим каналам, в рамках судебного процесса в отношении конкретного спора».

2.2.2. Второе основание для отказа в принятии искового заявления требует не только юридического, но и определенного лингвистического анализа: если «имеются вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда, а также определение о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска или утверждением мирового соглашения сторон либо определение об отказе в принятии искового заявления, заявления» (п. 2 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ).
Итак, в норме идет речь о принятых судебных актах государственных и иностранных судов по тождественным искам.
Понимание тождественности исков для законодателя традиционно: здесь используется совокупность трех элементов — субъектный состав, предмет и основание иска. Если сравнить с аналогичными нормами в ГПК РФ и КАС РФ, то можно обнаружить единственное отличие: вместо термина «стороны» в АПК РФ употребляется слово «лица». Думается, это не ведет к искажению смысла. Дело в том, что истцом для целей определения тождественности исков следует считать не только «обычного» истца, но и истца по встречному иску, а также третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора. Если в первых двух случаях терминологически допустимо говорить о «сторонах», то при предъявлении иска третьим лицом, заявляющим самостоятельные требования относительно предмета спора, к изначально спорящей «паре» (собственно сторонам — истцу и ответчику) добавляется еще одна или две (третье лицо может предъявить иск как к одной из сторон, так и к обеим сразу). И вот для этого последнего случая более корректным будет выражение «спорящие лица». Одновременно подобное выражение как родовое понятие вполне может использоваться и для первых двух случаев. Поэтому полагаем, что в АПК РФ — по сравнению с ГПК РФ и КАС РФ — использован содержательно более точный термин.
———————————
См.: п. 2 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ, п. 4 ч. 1 ст. 128 КАС РФ.

Теперь перейдем к анализу упоминаемых в п. 2 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ судебных актов. Для удобства их можно классифицировать следующим образом:
— судебные акты, вынесенные на стадии возбуждения;
— окончательные судебные акты, которыми спор разрешен по существу;
— судебные акты, которым производство по делу завершено без разрешения спора по существу.
К числу судебных актов, вынесенных на стадии возбуждения, которые являются основанием для отказа в принятии искового заявления, законодатель относит ранее вынесенное определение об отказе в принятии искового заявления.
Определенная логика в этом есть: если в более ранний период истец уже обращался в арбитражный суд и было установлено наличие оснований для отказа, то к чему давать истцу еще один шанс инициировать возбуждение судебного дела? Иск ведь тождественный — вроде бы есть довольно веская причина просто продублировать уже имевшее место процессуальное решение, не вдаваясь в повторный анализ установления конкретных фактов, влекущих отказ в принятии искового заявления. Тем более что и ч. 4 ст. 127.1 АПК РФ прямо устанавливает, что «отказ в принятии искового заявления, заявления препятствует повторному обращению в суд с такими заявлениями к тому же ответчику, о том же предмете и по тем же основаниям». Однако мы бы здесь разделяли два правовых явления — общие последствия отказа в принятии искового заявления и судебное определение об отказе в принятии как категоричное основание для недопустимости повторного обращения. Для иллюстрации рассмотрим несколько возможных случаев.
Первый случай связан с отменой судами кассационной или надзорной инстанций вступившего в законную силу судебного акта, ранее принятого по тождественному иску. Что же получается? На момент первого обращения с тождественным иском действительно существуют основания для отказа в принятии искового заявления (судебный акт еще не отменен проверочной инстанцией), но означает ли это, что вынесенное отказное определение должно теперь навсегда стать непреодолимым препятствием для повторного обращения? Конечно же нет, ведь после отмены судебного акта по тождественному спору производство по делу могло завершиться оставлением искового заявления без рассмотрения (а смысл этой конструкции как раз и состоит в наделении заинтересованного лица возможностью повторного обращения).
Здесь можно возразить: в процессуальном законодательстве имеется институт пересмотра судебных актов по новым обстоятельствам. Действительно, отмена судебного акта арбитражного суда, послужившего основанием для принятия отказного определения, де-юре будет выступать таким новым обстоятельством (п. 1 ч. 3 ст. 311 АПК РФ). Но не проще ли истцу позволить в обычной процедуре еще раз обратиться с исковым заявлением? Очевидно, что с точки зрения процессуальной экономии затраты на разрешение вопроса о принятии искового заявления к производству несопоставимы с затратами на разрешение вопроса о принятии заявления о пересмотре и на его рассмотрение в судебном заседании.
Есть и еще один аргумент, причем, как ни странно, с позиций корректного применения норм материального права. Если допустить отмену ранее вынесенного отказного определения по указанному выше новому обстоятельству, то это приведет к выводу о правомерности именно первоначального обращения истца. Между тем в рассматриваемой ситуации параллельно уже происходило рассмотрение дела по тождественному иску. Следовательно, то самое первоначальное обращение должно было повлечь возбуждение судебного производства, однако затем арбитражный суд обязан был вынести определение об оставлении искового заявления без рассмотрения по п. 1 ч. 1 ст. 148 АПК РФ. И поэтому корректное возбуждение судебного дела все равно должно было иметь место на основании второго обращения истца. Отменив же первое отказное определение по новому обстоятельству, мы откроем путь к необоснованному применению материально-правовых последствий, с которыми связано возбуждение дела в строго определенный период .
———————————
См., напр.: п. 4 ст. 149.2, п. 3 ст. 393, ст. 398 Гражданского кодекса РФ.

Теперь рассмотрим другой случай. Предположим, арбитражный суд вынес отказное определение, посчитав, что исковое заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в арбитражном суде. Это определение вступило в законную силу, а позднее изменилось законодательство о подведомственности. Истец же еще не успел обратиться в суд общей юрисдикции. Что же теперь — запретить ему повторное обращение в арбитражный суд с тождественным иском? Понятно, что такой запрет ограничил бы его право на судебную защиту.
Третий случай связан с эластичностью одного из критериев судебно-арбитражной подведомственности. По общему правилу ч. 2 ст. 27 АПК РФ факт наличия у спорящих субъектов статуса индивидуального предпринимателя является обязательным условием для вывода о подведомственности дела арбитражному суду. Если первоначально истцу было отказано в принятии искового заявления именно в связи с отсутствием такого статуса, то означает ли это, что он лишен возможности получить судебную защиту в случае, когда к моменту нового обращения этот статус возник ? Отнюдь. Тогда должно ли этому препятствовать ранее вынесенное отказное определение? Полагаем, вопрос носит риторический характер.
———————————
На наш взгляд, возникновение либо утрата этого статуса, имевшие место после возникновения собственно охранительного материального правоотношения, не относятся к юридическим фактам, лежащим в основании иска. И следовательно, никак не влияют на тождественность исков.

Наконец, возможна ситуация, когда арбитражный суд вынес определение об отказе в принятии искового заявления, сославшись на судебный акт компетентного суда иностранного государства. После этого истец обратился в арбитражный суд, который отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда. Неужели после этого ранее вынесенное отказное определение должно препятствовать повторному обращению? Очевидно, что нет, это противоречило бы смыслу нормы п. 2 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ.
Таким образом, мы ставим под сомнение само законодательное решение. В действительности нет никаких разумных предпосылок к установлению такого специфического основания для отказа в принятии искового заявления, как ранее вынесенное отказное определение по тождественному иску. Полагаем, что отсутствуют какие-либо принципиальные препятствия к тому, чтобы при новом обращении с тождественным иском вновь проверить наличие фактов, препятствующих судебному производству, а не формально отказывать в правосудии, по сути, ссылаясь на то, что ранее подобный вопрос уже рассматривался. Такой подход сам по себе не отменяет правила ч. 4 ст. 127.1 АПК РФ — арбитражный суд обязан будет отказать в принятии повторного обращения по тождественному иску, однако применение этого правила должно основываться не только на констатации тождественности, но и на содержательном анализе всей совокупности фактов, имеющих значение для возбуждения судебной процедуры.
Вторая группа судебных актов, являющихся основанием для отказа в принятии искового заявления, обозначена нами как окончательные судебные акты, которыми спор разрешен по существу.
Сравнение с аналогичными нормами в ГПК РФ и КАС РФ обнаруживает отступление от избранной ранее законодательной терминологии: вместо термина «решение суда» в п. 2 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ употребляется «судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда». Выявляется ли здесь какой-то особый смысл?
———————————
См.: п. 2 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ, п. 4 ч. 1 ст. 128 КАС РФ.

Во-первых, уточнение, касающееся судебных органов, действительно важно для правильного понимания самой конструкции отказа в принятии искового заявления. В самом деле, однажды инициировав судебное разбирательство в конкретном государственном суде, истец не может по своей прихоти проигнорировать имевшее место разрешение дела, обратившись с тождественным иском в иной государственный суд. И в этом смысле прямое указание в норме на арбитражный суд и суд общей юрисдикции абсолютно верно.
Во-вторых, следует поддержать и упоминание судебных актов «компетентного суда иностранного государства». Логика здесь проста: если национальное законодательство признает компетенцию таких судов, ранее не было принято определение об отказе в признании и приведении в исполнение указанных судебных актов, а в законе прямо указано на обязанность арбитражного суда прекратить производство по делу при наличии решения иностранного суда по тождественному иску (ч. 2 ст. 252 АПК РФ), то этот же факт, выявленный на стадии возбуждения, должен влечь именно отказ в принятии искового заявления.
Есть, правда, один нюанс. Законодатель допустил довольно существенную неточность: в п. 2 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ указано, что основанием для отказа выступает «судебный акт компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда». На самом деле акцент на том, что ранее именно арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда, порождает парадоксальную ситуацию: если такой отказ имел место на основании определения суда общей юрисдикции, то ему — с точки зрения имеющегося в арбитражном процессе института отказа в принятии — вообще не должно придаваться значение. Что же получается? Заявитель (физическое лицо) сначала обратился в суд общей юрисдикции за признанием и приведением в исполнение решения иностранного суда. Суд ему в этом отказал. После этого он уступил право требования юридическому лицу и последнее (исходя из изменившейся подведомственности дела) обратилось уже с «обычным» исковым заявлением в арбитражный суд. По буквальному толкованию п. 2 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ в принятии такого искового заявления следует отказать, поскольку норма в числе изъятий не охватывает случаи, когда вопрос о признании и приведении в исполнение решения иностранного суда ранее разрешался именно судом общей юрисдикции. Это, конечно, крайне несправедливо и, безусловно, ограничивает право на судебную защиту. Поэтому норму п. 2 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ следует толковать расширительно, имея в виду, что по общему правилу судебный акт компетентного суда иностранного государства препятствует предъявлению тождественного иска, однако в случаях, когда ранее арбитражный суд или суд общей юрисдикции отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда, действует специальное правило, отменяющее такой запрет.
В-третьих, как мы уже обратили внимание, в п. 2 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ вместо видового понятия «решение» используется родовое «судебный акт». Здесь, увы, замена оказалась не самой удачной.
Начнем с того, что необъяснимым образом в норме в итоге объединились через соединительный союз «а также» родовое понятие («судебный акт») и два видовых («определение о прекращении производства по делу» и «определение об отказе в принятии искового заявления, заявления»). Но это отнюдь не главное замечание. Дело в том, что п. 2 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ подразумевает в том числе отсылку к нормам, регламентирующим отправление правосудия в суде общей юрисдикции. Однако Уголовно-процессуальный кодекс РФ (далее — УПК РФ), ГПК РФ, КАС РФ и АПК РФ базируются на совершенно разных подходах к использованию родовой терминологии:
— в уголовном процессе родовым является понятие «судебное решение», в которое входят приговор, определение, постановление, вынесенные при производстве по уголовному делу в судах первой и второй инстанций; определение и постановление, вынесенные при производстве по уголовному делу в суде кассационной инстанции; постановление, вынесенное при производстве по уголовному делу в суде надзорной инстанции (п. 53.1 ст. 5 УПК РФ);
— частью 1 ст. 13 ГПК РФ введен термин «судебное постановление» («суды принимают судебные постановления в форме судебных приказов, решений суда, определений суда, постановлений президиума суда надзорной инстанции»);
— часть 1 ст. 16 КАС РФ оперирует термином «судебные акты», который охватывает решения, определения, постановления ;
———————————
Разумно объяснить, почему ч. 1 ст. 16 КАС РФ в число судебных актов не включает судебный приказ, довольно сложно. Видимо, это следствие законотворческой ошибки. Впрочем, легальная дефиниция самого судебного приказа все же содержит указание на то, что это судебный акт (ч. 1 ст. 123.1 КАС РФ).

— наконец, в арбитражном процессе тоже используется понятие «судебные акты», включающее в себя судебные приказы, решения, постановления и определения (ч. 1 ст. 15 АПК РФ).
Такая непоследовательность в процессуальной терминологии, конечно же, в принципе исключает обращение к какой-то одной конструкции — очевидно, что это неминуемо повлечет конфликт с легальными дефинициями из смежных федеральных законов. Собственно поэтому, на наш взгляд, буквальное толкование содержащегося в п. 2 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ термина «судебный акт» абсолютно бесперспективно. Тем не менее понятно, что это не отменяет вопроса о наделении его каким-то разумным смыслом. Что же на самом деле имел в виду законодатель? Какие судебные акты вообще должны препятствовать повторному обращению с тождественным иском? В самом общем виде ответ довольно прост — те, которыми спор разрешен по существу, а также те, которые повлекли прекращение производства по делу. Все иные судебные акты носят либо промежуточный характер, либо, даже завершая производство, не создают фундаментальных препятствий для нового тождественного иска.
Итак, к ранее вынесенным судебным актам, которыми спор был разрешен по существу, следует относить:
— если такой акт был принят арбитражным судом — судебное решение, судебный приказ, а также постановление апелляционной, кассационной и надзорной инстанций, которыми акты нижестоящих судов были отменены, а сам спор был иначе разрешен по существу;
— если такой акт был принят судом общей юрисдикции, рассматривавшим дело по правилам, установленным законодательством о гражданском или административном судопроизводстве, — судебное решение, судебный приказ, а также апелляционное определение, кассационные постановление и определение, постановление президиума суда надзорной инстанции, которыми акты нижестоящих судов были отменены, а сам спор был иначе разрешен по существу;
— если такой акт был принят судом общей юрисдикции, рассматривавшим по правилам, установленным законодательством об уголовном судопроизводстве, гражданский иск в уголовном деле, — приговор, иное решение суда, вынесенное в ходе судебного разбирательства, которым уголовное дело разрешается по существу, а также судебные акты проверочных инстанций, которыми иначе решен вопрос об удовлетворении гражданского иска в уголовном деле .
———————————
Следует иметь в виду, что уголовно-процессуальное законодательство допускает вынесение промежуточных решений. Так, ч. 2 ст. 309 УПК РФ предусмотрено, что «при необходимости произвести дополнительные расчеты, связанные с гражданским иском, требующие отложения судебного разбирательства, суд может признать за гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства». Понятно, что при вынесении приговора, которым лишь признано «право на удовлетворение гражданского иска», дело нельзя считать рассмотренным по существу.

Наконец, обратимся к третьей группе из ранее предложенной нами классификации — к судебным актам, которыми производство по делу завершено без разрешения спора по существу.
В п. 2 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ указано два вида таких актов:
— определение о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска;
— определение о прекращении производства по делу в связи с утверждением мирового соглашения сторон.
Собственно, никаких возражений содержательного характера такое законодательное решение не вызывает — действительно, оба указанных определения по своей правовой природе должны исключать повторное обращение с тождественным иском. Однако возникает вопрос: а какими, собственно говоря, судами должны быть вынесены такие определения? Буквальное толкование никакого ответа на этот вопрос не дает, поскольку упоминаемые в норме «арбитражные суды, суды общей юрисдикции и компетентные суды иностранных государств» явно относятся лишь к «вступившему в законную силу принятому по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебному акту».
Видимо, законодатель не имеет здесь в виду третейские суды, поскольку о судебных решениях этих судов как основании для вынесения отказного определения говорится далее (п. 3 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ). Тогда о каких судах должна идти речь — только об арбитражных или обо всех государственных? Какое значение будут иметь аналогичные по содержанию акты иностранных судов?
———————————
Решение согласно ч. 1 ст. 33 Закона об арбитраже выносится в том числе и тогда, когда «третейский суд прекращает третейское разбирательство и по просьбе сторон принимает арбитражное решение на согласованных условиях». Для случаев же отказа истца от иска законодатель вообще предусмотрел специальное наименование судебного акта — постановление (п. 1 ч. 2 ст. 36 Закона об арбитраже).

Полагаем, что применительно к государственным судам ответ довольно прост: независимо от того, какой суд (арбитражный или общей юрисдикции) вынес определение о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска, такое определение должно препятствовать повторному обращению с тождественным иском.
Если бы мы допустили, что после отказа от иска в суде общей юрисдикции истец может обратиться повторно в арбитражный суд, то, очевидно, не только бы проигнорировали правовую природу такого отказа, которая, по сути, означает безусловное отречение от права на судебную защиту, но и стимулировали бы недобросовестных истцов к злоупотреблениям (например, истец, видя бесперспективность в исходе дела в суде общей юрисдикции, мог бы попытаться таким образом завершить производство в этом суде и обратиться с тождественным иском уже в арбитражный суд).
Хотя есть один случай, который все же заслуживает отдельного обсуждения, — когда отказ от иска связан с выяснившейся для истца неподведомственностью спора. Предположим, истец обнаружил допущенную им ошибку уже после возбуждения судебного производства, заявил ходатайство о прекращении производства по делу, но суд общей юрисдикции отказал в его удовлетворении. После этого истец, учитывая, что определение об отказе в прекращении производства по делу отдельно не обжалуется, намеренно отказывается от иска, преследуя цель в последующем обратиться именно в арбитражный суд. Должна ли такая причина дезавуировать невозможность повторного обращения с тождественным иском? Ответ на этот вопрос зависит, конечно, от того, как подходить к решению более общей проблемы — проблемы учета мотивов, которыми руководствовался субъект процессуального правоотношении при реализации того или иного субъективного процессуального права. Рамки настоящей статьи не позволяют углубиться в данную сферу, однако все же полагаем, что полное игнорирование этих мотивов было бы недопустимо. С доктринальных позиций мы не видим каких-то принципиальных препятствий к тому, чтобы допустить для истца такую возможность. Другое дело, что подобное распорядительное действие истца не должно обязывать арбитражный суд (как при отрицательном конфликте компетенций) рассмотреть тождественный иск, если, по мнению арбитражного суда, дело ему неподведомственно. Наконец, с точки зрения внутренней логики процессуальных институтов, видимо, более верным было бы определять процессуально-правовые последствия рассматриваемого случая отказа от иска не через институт прекращения производства по делу, а путем обращения к институту оставления искового заявления без рассмотрения. Впрочем, действующее процессуальное законодательство в этом плане не столь гибко — отказ от иска учитывается безотносительно к мотивам истца исключительно как основание для прекращения производства по делу, а потому de lege lata вопрос решается однозначно: даже если истец в заявлении об отказе прямо укажет на подобную причину, никаких поводов для наделения его правом повторного обращения с тождественным иском не обнаруживается. А следовательно, и вынесение отказного определения по п. 2 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ является безусловной обязанностью арбитражного суда.
Ситуация с вынесением арбитражным судом или судом общей юрисдикции определения о прекращении производства по делу в связи с утверждением мирового соглашения еще более очевидна — здесь независимо от мотивов истца следует исходить из того, что стороны договорились о прекращении судебного спора, а потому опять же императивное применение п. 2 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ под сомнение ставиться не должно.
Что касается аналогичных по содержанию актов иностранных судов (понятно, что название здесь не имеет какого-либо значения, мы говорим именно о содержательной стороне), то, полагаем, необходимо исходить из следующего.
Конечно, наиболее вероятно, что законодатель, формулируя положения п. 2 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ в части определений о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска и утверждением мирового соглашения сторон, исходил из того, что эти определения принимаются российскими государственными судами. Объясняется это тем, что общая логика правового регулирования применительно к решениям иностранных судов предполагает как учет исключительной компетенции государственных судов, так и наличие специальных оснований для признания и приведения в исполнение судебных актов иностранных судов. Однако полное отсутствие в российском процессуальном законодательстве норм, которые бы непосредственно определяли правовые последствия вынесения иностранным судом судебных актов, из которых следует, что истец отказался от иска или что стороны заключили мировое соглашение, все же заставляет обозначить хотя бы самые общие подходы.
Здесь мы бы обратили внимание на принципиально разную правовую природу совершенных процессуальных действий. Как указывалось выше, отказ от иска представляет собой полное безусловное отречение от судебной защиты. Мировое соглашение же — это определенное (согласованное сторонами) урегулирование спорного правоотношения, которое, как правило, возлагает на одну из сторон определенные обязанности и требует добровольного либо принудительного исполнения. Поэтому применительно к отказу от иска, видимо, достаточно убедиться лишь в том, что возбужденное иностранным судом дело не нарушало исключительной компетенции российских государственных судов и что судебный акт, которым был принят отказ истца от иска, вступил в законную силу. Совокупность этих обстоятельств должна препятствовать возбуждению производства по тождественному иску, и, соответственно, если она выявляется уже на стадии возбуждения, то арбитражный суд должен выносить отказное определение.
Напротив, утвержденное мировое соглашение (если оно, как и «обычное» судебное решение, предполагает необходимость исполнения) должно подчиняться общей логике признания и приведения в исполнение решения иностранного суда . Поэтому к судебному акту, утвердившему такое мировое соглашение, должны применяться общие процессуальные механизмы, предусмотренные главой 31 АПК РФ, а также положения ч. 2 ст. 252 АПК РФ, исключающие возможность рассмотрения тождественного иска. И если на стадии возбуждения арбитражный суд установил, что ранее иностранный суд по тождественному спору утвердил мировое соглашение и при этом отсутствует отказное определение российского государственного суда о признании и приведении в исполнение такого судебного акта иностранного суда, то, безусловно, необходимо выносить определение об отказе в принятии искового заявления.
———————————
В сравнительно-правовом плане мы бы обратили внимание на правовое регулирование вопросов признания и исполнения так называемых судебных мировых соглашений в Регламенте N 1215/2012 Европейского парламента и Совета Европейского союза «О юрисдикции, признании и исполнении судебных решений по гражданским и коммерческим делам (в новой редакции)» (текст Регламента на русском языке см. в СПС «КонсультантПлюс»).

Третье основание для отказа в принятии искового заявления имеет прямое отношение к решениям третейских судов: если «имеется ставшее обязательным для сторон и принятое по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям решение третейского суда, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда либо если арбитражный суд отменил указанное решение» (п. 3 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ).
Обратим внимание на два момента.
Во-первых, законодателем допущена та же неточность, что и в п. 2 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ: при буквальном толковании получается, что факт отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда на основании определения суда общей юрисдикции в принципе не учитывается при разрешении вопроса о принятии тождественного иска в арбитражном суде. Такой подход законодателя, по сути, создает существенную преграду для судебной защиты в арбитражном суде применительно к ситуации, когда право требования уступается гражданином, не имеющим статуса индивидуального предпринимателя, например юридическому лицу после вынесения указанного определения судом общей юрисдикции. Возникает парадоксальная ситуация: норма п. 3 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ уже неприменима в силу изменившейся подведомственности спора, а положения п. 3 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ для этой же ситуации совершенно индифферентны к ранее вынесенному акту суда общей юрисдикции. Для обеспечения заинтересованным лицам права на судебную защиту здесь явно требуется расширительное толкование. Итак, при интерпретации нормы п. 3 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ следует исходить из того, что по общему правилу судебное решение третейского суда препятствует предъявлению тождественного иска, однако в случаях, когда ранее арбитражный суд или суд общей юрисдикции отказал в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда либо указанное решение было ими отменено, действует специальное правило, отменяющее такой запрет.
Во-вторых, нельзя не обратить внимания на то, что законодатель в качестве единственного судебного акта третейского суда упоминает решение. Как указывалось нами выше, для случаев отказа истца от иска при рассмотрении дела в третейском суде предусмотрено вынесение не решения, а постановления о прекращении арбитража. Понятно, что общая логика, определяющая состав судебных актов государственных судов, препятствующих повторному обращению с тождественным иском, должна быть применима и к судебным актам третейских судов. Поэтому толкование п. 3 ч. 1 ст. 127.1 АПК РФ должно основываться на том, что предъявлению тождественного иска препятствуют как собственно решение третейского суда, так и постановление о прекращении арбитража, принятое в связи с отказом истца от своего материально-правового требования.
Четвертое основание для отказа в принятии касается исключительно одной категории дел неискового производства — об оспаривании нормативных правовых актов и актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами. В соответствии с ч. 2 ст. 127.1 АПК РФ «судья Суда по интеллектуальным правам отказывает в принятии заявления об оспаривании нормативного правового акта либо акта, содержащего разъяснения законодательства и обладающего нормативными свойствами, в случае если имеется вступившее в законную силу решение арбитражного суда или суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному делу, проверившего по тем же основаниям соответствие оспариваемого нормативного правового акта иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, либо проверившего по тем же основаниям оспариваемый акт, содержащий разъяснения законодательства и обладающий нормативными свойствами». Как мы указывали выше, появление данной нормы именно в главе 13 АПК РФ представляет собой результат законотворческой недоработки. Однако где бы структурно ни находилось это специальное правило, его содержательный анализ, безусловно, все равно необходим.
Во-первых, ч. 2 ст. 127.1 АПК РФ, по сути, воспроизводит базовые положения, установленные в ч. 7 ст. 194 АПК РФ, регламентирующей прекращение производства по делу: «В случае, если имеется вступившее в законную силу решение арбитражного суда или суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному делу, проверившего по тем же основаниям соответствие оспариваемого нормативного правового акта иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, Суд по интеллектуальным правам прекращает производство по делу».
Основное отличие между двумя этими нормами состоит в том, что в первой упоминаются акты, содержащие разъяснения законодательства и обладающие нормативными свойствами, а во второй — нет. Понятно, что здесь не следует искать какой-то особый смысл; положения ч. 7 ст. 194 АПК РФ в полной мере применимы и при рассмотрении дел, в которых оспариваются акты, содержащие разъяснения законодательства и обладающие нормативными свойствами, что вытекает из общего правила ч. 1 ст. 195.1 АПК РФ.
Во-вторых, как следует из буквального содержания ч. 2 ст. 127.1 АПК РФ, при определении тождественности вообще не учитывается субъектный состав. Необходимо отметить, что это последовательная позиция законодателя — достаточно провести сравнительный анализ рассматриваемой нормы с п. 4 ч. 1 ст. 128 КАС РФ и ч. 8 ст. 251 ГПК РФ . Таким образом, не имеет значения ни персона заявителя, ни конкретный федеральный орган исполнительной власти, принявший оспариваемый нормативный правовой акт. Насколько верным является подобный подход?
———————————
Данная норма утратила силу с 15.09.2015 на основании ст. 16 Федерального закона от 08.03.2015 N 23-ФЗ «О введении в действие Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации».

Игнорирование интереса иных потенциальных заявителей, которые также могли бы обратиться с заявлением об оспаривании нормативного правового акта либо акта, содержащего разъяснения законодательства и обладающего нормативными свойствами, видимо, базируется на том, что ситуация, когда один и тот же акт на основании одного судебного решения признан недействующим, а на основании другого — соответствующим нормативному акту, имеющему большую юридическую силу, принципиально недопустима. Действительно, участники оборота должны иметь ясное представление о юридической силе источников правового регулирования. Гипотетически допустив новое судебное производство по оспариванию акта, законодатель создал бы условия, которые в итоге могли бы дезориентировать участников оборота.
Понятно, что такое законодательное решение в общем и целом привело к тому, что потребовалась корректировка ряда базовых положений состязательного процесса (имеется в виду введение в АПК РФ правил об обязательной явке (ч. 3 ст. 194), о смещении бремени доказывания (ч. 6 ст. 194), об ограничении распорядительных прав (ч. 8 ст. 194)). Законодатель, таким образом, создал максимально «удобные» для арбитражного суда условия для установления фактов, входящих в предмет доказывания при рассмотрении дела о так называемом абстрактном нормоконтроле.
Однако зададимся вопросом: а может ли дело быть рассмотрено с ненадлежащим заинтересованным лицом? Вроде бы это исключено, поскольку изначально в заявлении должно быть указано наименование федерального органа исполнительной власти, принявшего оспариваемый нормативный правовой акт (п. 1 ч. 1 ст. 193 АПК РФ). Тем не менее вполне допустимы ситуации, когда в период между принятием нормативного акта и его оспариванием (либо в процессе рассмотрения дела об оспаривании) указанный орган реорганизован, ликвидирован (упразднен). К сожалению, в публичном законодательстве нет универсальных норм, которые бы устанавливали четкие правовые правила в вопросах материального правопреемства публичных органов. Ныне действующая ст. 48 АПК РФ, регулирующая отношения, связанные с процессуальным правопреемством, также не содержит правил, которые были бы отнесены именно к публичным органам. Между тем полагаем, здесь возможны самые разные ситуации — от наиболее простых (скажем, когда публичный орган присоединяется к другому публичному органу) до довольно сложных (например, когда в результате упразднения публичного органа часть его функций передана другим органам, а часть вообще перестала включаться в чью-либо компетенцию). Что произойдет, если арбитражный суд все же допустит ошибку в определении правопреемника? Наиболее очевидное последствие — в итоге при вынесении судебного решения будут учтены объяснения органа, который формально-юридически по данному делу вообще высказываться был не должен. Может ли это привести к принятию неверного решения по существу? Вполне. Как же тогда поступать, если при этом утрачены возможности для проверки решения в вышестоящих инстанциях? Неужели и для этого случая будет применяться правило, определяющее тождественность без учета субъектного состава?
Безусловно, это крайне непростые вопросы. Если все же допустить возможность возбуждения нового судебного дела, в котором в качестве правопреемника органа будет привлечен надлежащий субъект, то получится, что один арбитражный суд, по сути, констатирует, что другой рассмотрел дело с ненадлежащим заинтересованным лицом. Понятно, что это тоже крайне нежелательная ситуация. Видимо, здесь нет очевидного ответа, однако, полагаем, что один из вариантов, который заслуживает обсуждения, состоит как раз в допущении инициирования повторной судебной проверки того же нормативного правового акта (акта, содержащего разъяснения законодательства).
В-третьих, отдельно следует обсудить упомянутый в ч. 2 ст. 127.1 АПК РФ вид судебного акта — из буквального толкования следует, что только лишь вступившее в законную силу решение является основанием для вынесения отказного определения. Ранее среди оснований для вынесения определения об отказе в принятии искового заявления мы рассматривали определения о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска и в связи с утверждением мирового соглашения.
Относительно мирового соглашения по делам об оспаривании нормативного правового акта либо акта, содержащего разъяснения законодательства и обладающего нормативными свойствами, ситуация предельна ясна: никакой договоренности между одним из субъектов, которому адресован этот нормативный акт (акт, содержащий разъяснения законодательства), и соответствующим федеральным органом исполнительной власти быть не может. Любое подобное соглашение неминуемо затронет права и интересы иных субъектов, к которым могла бы быть применена оспариваемая норма, да и вообще соглашения с законодателем означали бы обход специальных публичных процедур, предусмотренных для принятия, изменения или отмены нормативного акта.
Но следует ли категорически исключить прекращение производства по делу в связи с отказом заявителя от заявленного требования? Закон дает довольно уклончивый ответ: «Отказ заинтересованного лица, обратившегося в Суд по интеллектуальным правам с заявлением об оспаривании нормативного правового акта, от своего требования, признание требования органом или лицом, которые приняли оспариваемый акт, не препятствуют рассмотрению Судом по интеллектуальным правам дела по существу» (ч. 8 ст. 194 АПК РФ). Получается, что, с одной стороны, такой отказ возможен, но, с другой стороны, он не препятствует рассмотрению дела по существу. Тем не менее даже такая неопределенная норма, на наш взгляд, не исключает ситуаций, когда арбитражный суд все же посчитает возможным прекратить производство по делу именно в связи с отказом заявителя (например, если такой отказ вызван фактической ошибкой заявителя при определении объекта оспаривания). Следует ли тогда отступить от буквального толкования ч. 2 ст. 127.1 АПК РФ и допустить, что вынесенное определение о прекращении производства по делу также препятствует повторному обращению? Конечно же, нет. Здесь определяющим является именно публичный интерес в правовой определенности: раз никакого решения по существу заявленного требования о соответствии нормативного акта принято не было, потенциально все лица, которым этот акт адресован, сохраняют интерес в его проверке. И исключить такую проверку лишь потому, что по воле какого-то одного субъекта производство по делу было прекращено в связи с отказом от заявления, категорически невозможно.
В-четвертых, необходимо обратить отдельное внимание еще на один момент: в ч. 2 ст. 127.1 АПК РФ прямо указывается на то, что для определения тождественности также должно учитываться основание. Это крайне важно, поскольку в КАС РФ реализован принципиально иной подход: «Суд прекращает производство по административному делу об оспаривании нормативных правовых актов, актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами, решений, действий (бездействия), нарушающих права, свободы и законные интересы неопределенного круга лиц, если имеется вступившее в законную силу решение суда, принятое по административному иску о том же предмете» (п. 2 ч. 1 ст. 194 КАС РФ).
Ранее мы уже высказывали критические замечания по поводу подобного правового регулирования . Считаем, что для эффективной судебной защиты принципиально важно, чтобы любой субъект, которому адресован нормативный правовой акт (акт, содержащий разъяснения законодательства), имел возможность инициировать судебную проверку в случае, если усматривает порочность такого акта в связи с его противоречием иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу. Судебное решение, вынесенное по такому заявлению, не будет конфликтовать с ранее принятым судебным актом, поскольку выводы в них будут основаны на анализе соответствия разным нормативным правовым актам. Поэтому имеющееся в ч. 2 ст. 127.1 АПК РФ правовое регулирование считаем принципиально верным.
———————————
См.: Абушенко Д.Б., Брановицкий К.Л., Дегтярев С.Л. Комментарий к Кодексу административного судопроизводства Российской Федерации (постатейный, научно-практический) / Под ред. В.В. Яркова. М., 2016.

Завершая краткий анализ основных положений ст. 127.1 АПК РФ, необходимо отметить, что, помимо обозначенных в статье юридико-технических и сущностных недочетов законодательного регулирования, безусловно, имеются и другие проблемы, которые следовало бы обсудить в отношении института отказа в принятии искового заявления (заявления) . Кроме того, полагаем, что практика применения нормы выявит и иные недостатки, на данный момент, быть может, не столь очевидные. И хотя ст. 127.1 АПК РФ требует законодательной корректировки, делать это следует после основательной дискуссии: институт непосредственно связан с реализацией права на судебную защиту, а потому законодательные решения здесь должны быть особо взвешенными.
———————————
Например, в п. 11 Постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2007 N 48 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов полностью или в части» применительно к абстрактному нормоконтролю выделяется семь (!) оснований для отказа в принятии заявления об оспаривании нормативных правовых актов.

Смотрите еще:

  • Субъект 107 ук рф Статья 107 УК РФ. Убийство, совершенное в состоянии аффекта Текущая редакция ст. 107 УК РФ с комментариями и дополнениями на 2018 год 1. Убийство, совершенное в состоянии внезапно […]
  • Статья 107 часть 1 уголовного кодекса рф Статья 107. Убийство, совершенное в состоянии аффекта 1. Убийство, совершенное в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), вызванного насилием, издевательством […]
  • Получить инн в мурманске режим работы Налоговая инспекция Мурманская область Мончегорск Адрес отдела налоговой: Информация об отделе налоговой: Инспекция Федеральной налоговой службы по г. Мончегорску Мурманской […]
  • Ребенку 15 лет как подать на алименты Можно ли подать на алименты, если ребёнку 17 лет? Сын 2000 года рождения. Отцовство установлено. На алименты не подавала. В феврале мальчику исполнится 18 лет. Можно сейчас подать на […]
  • Составить опись вложения в заказное письмо Опись документов по форме Ф 107. Образец и бланк Предпринимательская деятельность предполагает сдачу отчётности в налоговые органы. Чтобы избежать очередей, но вовремя сдать декларацию или […]
  • Ч 2 ст 258 коап Кодекс Украины об административных нарушениях Статья 258. Случаи, когда протокол об административном правонарушении не составляется Протокол не составляется в случае совершения […]
  • Воинская часть в чугуевке Воинская часть в Чугуевке отозвала иск против майора Матвеева 18 августа 2011, PrimaMedia. Владивосток, 18 августа, PrimaMedia. Советский районный суд Владивостока прекратил рассмотрение […]
  • Разбой материальный состав 3.5.4. Виды составов преступлений В теории уголовного права все конкретные составы преступлений классифицируется, исходя из следующих критериев (рис. 8). 1. По степени общественной […]
admin

Обсуждение закрыто.