Судебная практика кража с проникновением в жилище

Судебная практика кража с проникновением в жилище

Кража, совершенная с незаконным проникновением в жилище, но с согласия его собственника

Пунктом «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (с изменениями и дополнениями) (далее – УК РФ) предусмотрена уголовная ответственность за кражу, совершенную с незаконным проникновением в жилище. В соответствии с примечанием к ст. 139 УК под жилищем понимаются индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящие в жилищный фонд, но предназначенные для временного проживания.

Как правило, при квалификации действий обвиняемого по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ у органа предварительного расследования особых вопросов не возникает, однако на практике могут встречаться интересные случаи. Например, как квалифицировать действия лица, совершившего хищение из жилища потерпевшего, в котором оно оказалось именно для совершения хищения, но с согласия собственника жилища, предварительно обманув его относительно своих истинных намерений нахождения в жилище. Исходя из позиции Пленума Верховного Суда РФ, а также правоприменительной практики, такие действия обвиняемого должны быть квалифицированы как кража, совершенная с незаконным проникновением в жилище по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Согласно п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года N 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» (с изменениями и дополнениями) (далее – постановление Пленума ВС РФ) под незаконным проникновением в жилище следует понимать противоправное тайное или открытое в них вторжение с целью совершения кражи, грабежа или разбоя. При этом п. 19 постановления Пленума ВС РФ разъясняет, что, решая вопрос о наличии в действиях лица, совершившего кражу, признака незаконного проникновения в жилище, необходимо выяснять, с какой целью виновный оказался в жилище, а также когда возник умысел на завладение чужим имуществом. Если лицо находилось там правомерно, не имея преступного намерения, но затем совершило кражу, грабеж или разбой, в его действиях указанный признак отсутствует. С учетом изложенного, Пленума Верховного Суда РФ связывает наличие квалифицирующего признака «незаконное проникновение» со временем формирования преступного умысла: если умысел на совершение хищения возник до проникновения лица в жилище, и лицо проникает в жилище именно с целью совершить хищение, то тогда его действия следует квалифицировать по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Противоправность вторжения в жилище определяется тем, как к такому вторжению заведомо для посягателя относятся лица, проживающие в жилище. Заведомая для посягателя противоправность предполагает осознание им того, что указанные лица против такого вторжения возражают. Противоречие воли проживающих в жилище лиц выражается в прямом (физическом либо путем угроз) подавлении их сопротивления, в тайном вторжении в их отсутствие, а также во вторжении путем обмана, когда виновные проникают в жилище под видом, к примеру, сотрудников полиции, покупателей квартиры, пришедших по объявлению, под предлогом утолить жажду, а также под видом работников социальных служб. В последнем случае, проникая в жилище посредством обмана, лицо заведомо осознает, что будучи осведомленным о его истинных целях собственник жилища никогда не даст согласия на пребывание в нем постороннего лица с преступными наклонностями, т.е. обман используется как средство облегчения совершения хищения, поскольку в противном случае обвиняемому пришлось искать бы иной способ проникновения в жилище (ждать когда собственник покинет жилище, взламывать запорные устройства и т.д.). Указанная позиция четко прослеживается в постановлении Президиума Верховного Суда РФ от 21 февраля 2007 г. N 498-П06, в котором действия лица, проникшего в жилище потерпевшего под видом покупателя квартиры, а впоследствии под угрозой применения насилия опасного для жизни и здоровья завладевшего его имуществом, квалифицированы как разбой с незаконным проникновением в жилище. Аналогичный подход использовался Верховным Судом СССР, который в постановлении Пленума от 5 сентября 1986 года N 11 «О судебной практике по делам о преступлениях против личной собственности» специально указывал на возможность квалификации действий виновного как проникновения в случаях, когда оно совершалось обманными действиями, т.е. введением потерпевшего в заблуждение путем предъявления подложных документов либо иным подобным способом.

Основная проблема на практике заключается в том, что, ставя наличие квалифицирующего признака «незаконное проникновение» в зависимость от субъективных факторов, законодатель устанавливает перед правоохранительными органами сложную задачу определения направленности и момента возникновения умысла обвиняемого во время совершения преступления. В большинстве уголовных дел момент возникновения умысла на совершение кражи из жилища или помещения устанавливался только лишь на основании показаний обвиняемых. Совершенно естественно, что данные лица будут использовать все возможные способы для своей защиты и утверждать, что умысел на совершение кражи у них возник уже после того, как они проникли в помещение или жилище.

Так, приговором Городищенского районного суда от 05.10.2016 признана виновной в совершении 2-х преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (кража с незаконным проникновением в жилище, с причинением значительного ущерба потерпевшему, по одному из эпизодов — группой лиц по предварительному сговору) 48-летняя жительница г. Покров Владимирской области, имевшая непогашенную судимость за совершение 7-ми преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, и ей с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ с признанием в ее действиях опасного рецидива преступлений назначено наказание в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима с назначением дополнительного наказания в виде ограничения свободы сроком на 1 год и 6 месяцев. В рамках рассмотрения уголовного дела в общем порядке судебного разбирательства факт совершения подсудимой указанных преступлений полностью нашел свое подтверждение.

Так, в ходе рассмотрения уголовного дела в суде первой инстанции было установлено, что в июле 2015 года обвиняемая, действуя умышленно, из корыстных побуждений, незаконно проникнув в домовладение потерпевшего в г. Городище Городищенского района Пензенской области, воспользовавшись тем, что ее сообщница (неустановленное следствием лицо), представившись социальным работником, отвлекла внимание потерпевшей, тайно похитила из мебельной стенки зальной комнаты домовладения ювелирные изделия (золотые серьги, кольцо и часы), общей стоимостью 93 000 рублей, тем самым причинив потерпевшей значительный ущерб. Она же, в сентябре 2015 года, действуя умышленно, из корыстных побуждений, незаконно проникнув в домовладение потерпевшего в г. Кузнецке Кузнецкого района Пензенской области, представившись работником социальной службы, и, воспользовавшись отсутствием внимания со стороны потерпевшего, попросив написать заявление о предоставлении социальной выплаты на кухне домовладения, тайно похитила из серванта в зальной комнате домовладения денежные средства в сумме 117229 рублей, тем самым причинив потерпевшему значительный ущерб.

При рассмотрении уголовного дела подсудимая вину по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ не признала, пояснив, что в дома к потерпевшим она заходила с целью предложить им для продажи тюль и другие бытовые товары, социальным работником представлялась, чтобы наладить контакт с потенциальными покупателями, умысел на совершение кражи возникал уже в самих жилищах, когда она видела деньги и драгоценности, в дома она заходила каждый раз с согласия собственников. Кроме того, подсудимая и ее защитник просили квалифицировать ее действия как кражи с причинением значительного ущерба потерпевшим, учесть в ее действиях простой рецидив преступлений и назначить наказание, не связанное с лишением свободы.

Однако суд в приговоре в соответствии с позицией государственного обвинителя к данным доводам отнесся критически, указав, что заявленное обвинение и квалификация действий подсудимой именно по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ при рассмотрении уголовного дела полностью нашли свое подтверждение. В частности оценка была дана таким обстоятельствам, как выбор подсудимой потерпевших, в дома которых она незаконно проникала (одиноко проживающие пенсионеры), незначительное время нахождения в домах потерпевших и отточенный алгоритм действий подсудимой и ее сообщницы (представление работниками социальной службы с целью получения доступа в жилище потерпевшего, установление мест хранения денежных средств и иных ценностей и последующее отвлечение внимания потерпевших написанием заявления о предоставлении социальной выплаты, удаление обманным путем потерпевших из комнаты, где хранились денежные средства и ценности (под предлогом принести документы, необходимые для написания заявления), а также препятствование обзору потерпевшего сообщницей в дверном проеме комнаты, быстрое удаление из домовладений потерпевших сразу после завладения имуществом), аналогичный алгоритм действий при совершении 7-ми эпизодов хищений, установленных приговором районного суда Тульской области, на основании которого подсудимая имела непогашенную судимость, незначительное время нахождения подсудимой в населенных пунктах в день совершения хищения (каждый раз не более часа), отсутствие у подсудимой сумок с имуществом для продажи в момент проникновения в жилище, а также показания потерпевших о том, что подсудимая и ее сообщница ничего не предлагала им для продажи, а сразу представлялась социальным работником, показания свидетеля – лица, возившего подсудимую и ее сообщницу по городам России на автомобиле, указавшего, что в разговоре с ним подсудимая говорила, что целью ее поездок является именно хищение денежных средств и ценного имущества у граждан.

Приговор Городищенского районного суда не обжаловался и вступил в законную силу.

С учетом изложенного, в ситуации, когда лицо совершает кражу из жилища потерпевшего, в котором оно оказалось именно для совершения кражи, но с согласия собственника жилища, предварительно обманув его относительно своих истинных намерений нахождения в жилище, его действия необходимо квалифицировать как кражу с незаконным проникновением в жилище по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

По материалам, предоставленным прокуратурой Городищенского района.

КВАЛИФИКАЦИЯ СОВЕРШЕНИЯ КРАЖИ С ПРОНИКНОВЕНИЕМ В ПОМЕЩЕНИЕ, ИНОЕ ХРАНИЛИЩЕ ЛИБО ЖИЛИЩЕ

Семенов В.М., кандидат юридических наук.

Квалификация совершения кражи с незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище (п. «б» ч. 2 ст. 158 УК) либо с незаконным проникновением в жилище (ч. 3 ст. 158 УК) представляет определенную сложность в следственно-судебной практике.
Квалифицирующий признак «совершение кражи с проникновением в жилище, помещение либо иное хранилище» был введен еще в ч. 2 ст. 144 УК РСФСР 1960 г. Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 3 декабря 1982 г. и назывался «совершение кражи с применением технических средств» .
———————————
См.: Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1982. N 49. Ст. 182.
Думается, прав был законодатель, заменив указанный квалифицирующий признак, поскольку повышенная социальная опасность краж определяется не самим фактом использования технических средств для тайного хищения имущества, а тем, что, используя их, лицо облегчает себе незаконное проникновение в жилище, помещение либо иное хранилище, действует более дерзко, прилагает усилия к преодолению преград для получения доступа к чужому имуществу. При этом он нередко взламывает двери, потолочные перекрытия, стены, замки, демонстрируя упорство в достижении преступной цели, нарушая при этом конституционный принцип неприкосновенности жилища и запрет, установленный ст. 139 УК (если речь идет о краже, квалифицируемой по ч. 3 ст. 158 УК).
Незаконное проникновение в жилище, помещение либо иное хранилище в качестве квалифицирующего признака кражи используется в несколько измененном виде в ряде зарубежных стран. Например, в Азербайджане — «незаконное проникновение в жилище, помещение, на склад либо иное хранилище» (ч. 2 ст. 177.2.3 УК АР) 1 , в Латвии — «проникновение в квартиру или помещение или из хранилища, устройства, соединяющего хранилище; или из транспортного средства» (ч. 3 ст. 175 УК ЛР) 2 , в Узбекистане — «противоправное проникновение в жилище, хранилище или помещение» (ч. 3 ст. 169 УК РУ) 3 , в Украине — «проникновение в жилище, другое помещение или хранилище» (ч. 3 ст. 185 УК Украины) 4 . В Белоруссии имеется только проникновение в жилище (ч. 3 ст. 205 УК РБ) 5 , проникновение в нежилое помещение или иное хранилище здесь не предусмотрено.
———————————
1 См.: Уголовный кодекс Азербайджанской Республики. СПб., 2001. С. 194.
2 См.: Уголовный кодекс Латвийской Республики. СПб., 2001. С. 183.
3 См.: Уголовный кодекс Республики Узбекистан. СПб., 2001. С. 194.
4 См.: Уголовный кодекс Украины. СПб., 2001. С. 161.
5 См.: Уголовный кодекс Республики Беларусь. СПб., 2001. С. 261.
Кардинально иная позиция законодателя в Эстонии, где вместо «проникновение в жилое или иное помещение либо хранилище» содержится признак «с устранением преграды или запора, препятствовавших проникновению в место нахождения имущества» (ч. 3 139 УК ЭР) 1 . Эстонский вариант рассматриваемого квалифицирующего признака кражи схож с подходом тех зарубежных стран, которые предусматривают в качестве квалифицирующего признака совершение кражи со взломом. Например, в Испании это целый набор приемов, включающих взлом шкафов, сейфов, разрушение стены, потолка, взлом дверей, окон (ст. 239 УК Испании) 2 . В уголовном законе Польши прямо упоминается о краже «со взломом» (§ 1 ст. 279 УК) 3 , без раскрытия при этом приемов взлома. Особо тяжким случаем кражи законодатель ФРГ считает совершение кражи «с проникновением со взломом в здание, служебное или деловое помещение либо другое закрытое помещение, либо проникновение в них без взлома, открытие с помощью поддельного ключа или другого приспособления, не предназначенного для открытия замка обычным образом» (ч. 1 § 243 УК) 4 .
———————————
1 См.: Уголовный кодекс Эстонской Республики. СПб., 2001. С. 133.
2 См.: Уголовный кодекс Испании. М., 1998. С. 77.
3 См.: Уголовный кодекс Республики Польша. СПб., 2001. С. 187.
4 См.: Уголовный кодекс ФРГ. М., 2000. С. 139.
Позиция ФРГ как одной из стран, предусматривающих кражу со взломом, наиболее близка к подходу, избранному российским законодателем, поскольку взлом рассматривается только как средство проникновения в жилище, помещение либо иное хранилище.
В уголовном законодательстве России не содержится разъяснений незаконного проникновения в жилище, помещение либо иное хранилище.
Вместе с тем в примечании к ст. 139 УК РФ, введенном в действие Федеральным законом от 20 марта 2001 г. , впервые дано законодательное определение понятия жилища. Под жилищем в ст. 139 УК, а также других статьях УК понимаются индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящие в жилищный фонд, но предназначенные для временного проживания.
———————————
См.: СЗ РФ. 2001. N 13. Ст. 1140.
Федеральный закон от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ, внесший изменение в Уголовный кодекс РФ, в примечании 3 к ст. 158 УК дал толкование понятий «помещение» и «хранилище». Так, согласно этому Закону под помещением понимаются строения и сооружения независимо от форм собственности, предназначенные для временного нахождения людей или размещения материальных ценностей в производственных или иных служебных целях.
Под хранилищем в статьях настоящей главы понимаются хозяйственные помещения, обособленные от жилых построек, участки территории, магистральные трубопроводы, иные сооружения независимо от форм собственности, которые оборудованы ограждением либо техническими средствами или обеспечены иной охраной и предназначены для постоянного или временного хранения материальных ценностей.
Хранилища — это те приспособления и места, которые не могут быть отнесены к разряду помещений. Как правило, под хранилищем понимаются различные виды специальных устройств, предназначенных для хранения имущества (товаров, денег, драгоценностей) — сейфы, металлические шкафы, контейнеры, авторефрижераторы, морозильные камеры, специальные железнодорожные вагоны и т.п. К иным хранилищам относятся также участки территории, специально предназначенные для постоянного или временного хранения материальных ценностей.
Появление в магазине с целью совершения хищения в часы работы магазина, когда доступ всех покупателей был свободный, не может квалифицироваться как хищение с проникновением в помещение .
———————————
См.: Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 4 марта 1994 г. по делу Жеребятьева // БВС РФ. 1994. N 6. С. 4.
Новое законодательно определенное понятие существенно отличается от понятия жилища, предлагаемого в п. 9 действующего Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 5 сентября 1986 г. (в редакции от 30 ноября 1990 г.). В этой связи необходимо считать утратившими силу соответствующие положения этого Постановления. Вместе с тем в указанном Постановлении Пленума Верховного Суда содержится используемое следственно-судебной практикой определение проникновения в жилище, под которым понимается вторжение в жилище, совершение кражи, грабежа или разбоя. Они могут совершаться не только тайно, но и открыто, как с преодолением препятствий или сопротивления людей, так и беспрепятственно, а равно с помощью приспособлений, позволяющих виновному извлекать похищаемые предметы без входа в жилище .
———————————
См.: Сборник постановлений Пленумов Верховного Суда РФ (СССР, РСФСР). М., 2001. С. 184.
Решая вопрос о наличии в действиях лица, совершившего кражу, проникновение в жилище, необходимо выяснить, с какой целью оно оказалось в жилище и когда именно у него возник умысел на завладение имуществом. Если лицо вначале находилось в жилище без намерения совершить кражу, а затем у него появился умысел на завладение чужим имуществом, рассматриваемый признак в его действиях отсутствует.
Так, Фроловским городским народным судом Волгоградской области Кудрявцев осужден по ч. 3 ст. 158 УК .
———————————
См.: Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 28 марта 1994 г. по делу Климова // БВС РФ. 1994. N 11. С. 3 — 4.
Он признан судом виновным в краже чужого имущества, совершенной повторно с проникновением в жилище и причинившей значительный ущерб потерпевшей.
7 апреля 1993 г. около 15 час. Кудрявцев, имея ключи от дома Афанасьевой, проник внутрь, похитил 4 норковые шапки стоимостью 30000 руб. каждая, шапку из овчины стоимостью 20000 руб., 2 золотых перстня и деньги в сумме 50000 руб., принадлежащие Афанасьевой, причинив ей значительный материальный ущерб на сумму 295000 руб. В кассационном порядке дело не рассматривалось.
Президиум Волгоградского областного суда приговор в отношении Кудрявцева изменил: его действия переквалифицировал на п. «в» ч. 2 ст. 158 УК.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 20 марта 1995 г. по протесту заместителя Председателя Верховного Суда РФ приговор изменила, а постановление президиума отменила по следующим основаниям.
Квалифицируя действия Кудрявцева по ч. 3 ст. 158 УК РФ по признаку совершения кражи с проникновением в жилище, народный суд в приговоре сослался на то, что хотя Кудрявцев и проживал в доме Афанасьевой, однако 7 апреля 1993 г. он проник в этот дом именно с целью совершения кражи, так как, войдя туда, сразу достал шапки, золотые перстни, деньги, спрятал их под куртку и, уйдя, больше не возвращался, хотя до кражи жил там постоянно.
Однако с этими доводами суда согласиться нельзя.
Как видно из материалов дела, Кудрявцев проживал в доме Афанасьевой, где к нему относились как к члену семьи, и он имел свободный доступ во все комнаты, знал, где хранится ключ от дома. 7 апреля 1993 г. он зашел в дом, открыв дверь имевшимся у него ключом, и похитил различные вещи. При таких обстоятельствах следует признать, что в его действиях отсутствовал квалифицирующий признак «совершение кражи с проникновением в жилище» и его действия следует переквалифицировать по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ по признаку «кража, причинившая значительный ущерб потерпевшему» .
———————————
См.: Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 20 марта 1995 г. по делу Кудрявцева // БВС РФ. 1996. N 11. С. 2.
Характеризуя повышенную опасность краж, совершаемых с проникновением в жилище, Савелов О.П. справедливо отмечает, что при такого рода кражах наряду с посягательством на собственность имеет место нарушение конституционного права на неприкосновенность жилища, нередко наносится вред и самому жилищу (поломка дверей, окон, стен и т.д.) .
———————————
См.: Савелов О.П. Криминологические и уголовно-правовые проблемы борьбы с кражами, совершаемыми с незаконным проникновением в жилище. Автореф. дисс. . канд. юрид. наук. М., 2001. С. 17.
Хранилища — это те приспособления и места, которые не могут быть отнесены к разряду помещений. Как правило, под хранилищем понимаются различные виды специальных устройств, предназначенные для хранения имущества (товаров, денег, драгоценных металлов, драгоценных природных камней и т.д.), — сейфы, металлические шкафы, контейнеры, авторефрижераторы, морозильные камеры, специальные железнодорожные вагоны и т.п. К иным хранилищам относятся также участки территории, специально предназначенные для постоянного или временного хранения материальных ценностей.
Аликовским районным судом Чувашской Республики 20 ноября 1996 г. Варламов и Яковлев признаны виновными в том, что 21 сентября 1996 г., проникнув на охраняемую территорию фруктового сада, принадлежащего колхозу «Динамо» Аликовского района, нарвали яблок и наполнили два мешка общим весом 60 кг на сумму 45 тыс. рублей, однако были застигнуты с поличным охранником сада Мурзаковым и, несмотря на предупреждение об ответственности, уехали на автомашине домой.
Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об исключении из судебных решений квалифицирующего признака хищения «с незаконным проникновением в иное хранилище».
По смыслу закона «иное хранилище» — это особое устройство, место или участки территории, специально оборудованные или предназначенные для постоянного или временного хранения товарно-материальных ценностей.
Следовательно, основным критерием для признания «иного хранилища» является отведение и оборудование участка исключительно для цели хранения. Другое назначение таких площадей (как, например, в данном случае колхозного сада — для выращивания яблок) не дает основания считать подобные участки хранилищем. Яблоки, как видно из дела, были сорваны виновными с деревьев, уложены в мешки и вынесены из сада.
В связи с тем что не всякая охраняемая территория может быть признана «иным хранилищем», а лишь специально отведенная для хранения материальных ценностей (территория колхозного сада таковой не являлась), квалифицирующий признак хищения «с незаконным проникновением в жилище» подлежит исключению из приговора и последующих решений по делу .
———————————
См.: Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 16 апреля 1998 г. по делу Варламова и Яковлева // БВС РФ. 1999. N 2. С. 12 — 13.
В судебной практике периодически возникают вопросы относительно квалификации краж по признаку проникновения в иное хранилище.
Ковылкинским районным судом Республики Мордовия 13 января 2000 г. Кривцов осужден по п. п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.
Согласно приговору Кривцов признан виновным в том, что 4 июня 1999 г. совместно с Рузаевым совершил кражу колес с автомашин, принадлежащих Гурееву и Жалнову, а в июне и августе 1999 г. из салонов автомашин Киреева и Ефремова тайно похитил их имущество.
Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об изменении приговора, считая, что суд при квалификации действий Кривцова по эпизодам совершения краж имущества из автомашин, принадлежащих Кирееву и Ефремову, неправильно применил уголовный закон, излишне вменил квалифицирующий признак — незаконное проникновение в иное хранилище.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 24 ноября 2000 г. протест удовлетворила, указав следующее.
Как видно из материалов дела, автомашины потерпевших не находились в отведенном для их хранения месте, а

Обзор судебной практики по уголовным делам о кражах с незаконным проникновением в жилище, помещение либо иное хранилище

Несмотря на формальную определенность уголовно-правовых норм, устанавливающих ответственность за кражу с незаконным проникновением в жилище, помещение либо иное хранилище, как в доктрине уголовного права, так и в правоприменительной практике высказываются различные точки зрения относительно оценки юридически значимых признаков рассматриваемого состава преступления и оценки сложных вопросов квалификации по данной категории уголовных дел.

Анализ диспозиции п. «б» ч. 2 и п. «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного Кодекса РФ позволяет сделать вывод, что рассматриваемые уголовно-правовые нормы содержат четыре правовые категории, понимание которых имеет важное значение для правильного применения уголовного закона: 1) жилище; 2) помещение; 3) хранилище; 4) проникновение в них. В этой связи с целью исключения ошибок в правоприменительной практике, весьма важно раскрыть содержание перечисленных выше признаков составов преступлений в той последовательности, в которой они были изложены выше.

Впервые данный квалифицированный вид имущественных посягательств был включен в Уголовный Кодекс РСФСР в 1982 г. в виде похищения личного имущества граждан «с проникновением в жилище», и хищений государственного или общественного имущества «с проникновением в помещение или иное хранилище» [1].

Верховный Суд неоднократно обращался к толкованию анализируемых признаков, в том числе в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», разъясняя, что «Под незаконным проникновением в жилище, помещение или иное хранилище следует понимать противоправное тайное или открытое в них вторжение с целью совершения кражи, грабежа или разбоя.

Проникновение в указанные строения или сооружения может быть осуществлено и тогда, когда виновный извлекает похищаемые предметы без вхождения в соответствующее помещение. При квалификации действий лица, совершившего кражу, грабеж или разбой по признаку «незаконное проникновение в жилище» судам следует руководствоваться примечанием к статье 139 Уголовного Кодекса РФ, в котором разъясняется понятие «жилище», и примечанием 3 к статье 158 Уголовного Кодекса РФ, где разъяснены понятия «помещение» и «хранилище» (п.18).

Решая вопрос о наличии в действиях лица, совершившего кражу, грабеж или разбой, признака незаконного проникновения в жилище, помещение или иное хранилище, судам необходимо выяснять, с какой целью виновный оказался в помещении (жилище, хранилище), а также когда возник умысел на завладение чужим имуществом. Если лицо находилось там правомерно, не имея преступного намерения, но затем совершило кражу, грабеж или разбой, в его действиях указанный признак отсутствует.

Этот квалифицирующий признак отсутствует также в случаях, когда лицо оказалось в жилище, помещении или ином хранилище с согласия потерпевшего или лиц, под охраной которых находилось имущество, в силу родственных отношений, знакомства либо находилось в торговом зале магазина, в офисе и других помещениях, открытых для посещения гражданами.

В случае признания лица виновным в совершении хищения чужого имущества путем незаконного проникновения в жилище дополнительной квалификации по статье 139 УК РФ не требуется, поскольку такое незаконное действие является квалифицирующим признаком кражи, грабежа или разбоя (п.19)

Если лицо, совершая кражу, грабеж или разбой, незаконно проникло в жилище, помещение либо иное хранилище путем взлома дверей, замков, решеток и т.п., содеянное им надлежит квалифицировать по соответствующим пунктам и частям 158 и 161 или 162 УК РФ и дополнительной квалификации по статье 167 УК РФ не требуется, поскольку умышленное уничтожение указанного имущества потерпевшего в этих случаях явилось способом совершения хищения при отягчающих обстоятельствах.

Если в ходе совершения кражи, грабежа или разбоя было умышленно уничтожено или повреждено имущество потерпевшего, не являвшееся предметом хищения (например, мебель, бытовая техника и другие вещи), содеянное следует, при наличии к тому оснований, дополнительно квалифицировать по статье 167 УК РФ (п.20)» [2].

Федеральным законом от 20 марта 2001 г. ст. 139 Уголовного Кодекса РФ, предусматривающая ответственность за нарушение неприкосновенности жилища, была дополнена примечанием, определяющим, что именно понимается под жилищем, причем не только в этой статье, но и в других статьях Уголовного Кодекса РФ. «Под жилищем в примечании к ст. 139 Уголовного Кодекса РФ понимаются индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящее в жилищный фонд, но предназначенное для временного проживания» [3] Именно на это определение как на основное указывает постановление Пленума Верховного Суда от 27 декабря 2002 г. № 29

Из определения жилища, данного в примечании к ст. 139 Уголовного Кодекса РФ, можно вывести признаки, которыми обладает жилище:

1) строение или сооружение, предназначенное для постоянного или временного проживания людей;

2) может иметь форму обособленного здания, строения, сооружения или представлять часть его;

3) может находиться в любой форме собственности;

4) в качестве его составной части признаются нежилые помещения при условии, что это жилище имеет вид индивидуального жилого дома и нежилые помещения входят в него.

Итак, жилищем считается индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, то есть, с одной стороны, к жилищу можно отнести и те его составные части, которые, строго говоря, не предназначены для проживания, но используются для отдыха, хранения имущества либо удовлетворения иных потребностей человека (застекленные веранды, кладовые и т. д.). С другой же стороны, имея в виду, что недвижимость в жилищной сфере включает в себя не только земельные участки и прочно связанные с ними жилые дома с жилыми и нежилыми помещениями, но и приусадебные хозяйственные постройки, следует подчеркнуть, что в понятие жилища не может включаться прилегающая к дому территория, а также не предназначенные и не приспособленные для постоянного или временного проживания людей надворные постройки, погреба, амбары, скотные дворы, гаражи и другие хозяйственные помещения, обособленные от жилых построек и не используемые для проживания людей.

Так совершенно правильно судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда не усмотрела признаков жилища в подвальном помещении. Как установлено приговором суда, А. проник в подвал дома, откуда совершил кражу. Из протокола осмотра места происшествия видно, что вход в подвал дома осуществляется отдельно от входа в жилой дом. Подвал предназначен не для постоянного и временного проживания людей, а для хранения материальных ценностей, поэтому подвал дома следует считать помещением [4] .

Думается, что Высшая Судебная Инстанция, принимая решение по существу уголовного дела, исходила из того, что подвальное помещение, которое находилось под жилым домом, хоть и было с ним конструктивно сопряжено, но не являлось его составной частью, на что указывала обособленность подвала, наличие у него самостоятельного входа. В этом смысле подвал не соответствует определению жилища как индивидуального жилого дома с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями. Как это установлено материалами дела, подвал не входил в состав дома как его конструктивная часть.

Далее следует отметить, что жилищем признается любое жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания. Исходя из законодательного определения, анализируемая разновидность жилого помещения должна обладать одновременно двумя признаками: входить в жилищный фонд и быть пригодной для постоянного или временного проживания.

Жилищный фонд, в свою очередь, в соответствии со ст. 19 Жилищного Кодекса РФ – это совокупность всех жилых помещений, находящихся на территории РФ. Жилищный фонд подлежит государственному учету, в порядке, установленном уполномоченным Правительством РФ федеральным органом исполнительной власти.

Так, абсолютно обоснованно не подлежит вменению проникновение в жилище лицу, которое проникая в квартиру с целью совершения хищения, заведомо знало, что квартира сдана в наем организации для использования ею в качестве офиса или складского помещения с размещением в ней соответствующего оборудования, товаров или используемая самим владельцем в этом качестве.

«Помещения, признаваемые жилищем, могут находиться и на транспортных средствах, предназначенных, в том числе, и для временного проживания. Так, например, каюта туристического теплохода, совершающего морской или речной круиз, используемая для временного проживания экипажа корабля (его обслуживающего персонала) совершенно обоснованно в судебной практике признается жилищем, подобно тому, как жилищем признается и купе проводников поездов.

В то же время отдельное купе, каюта на транспортном средстве, которое не имеет другого предназначения кроме перевозки пассажиров и оборудовано спальными местами в целях повышения удобства и комфортабельности проезда в нем, не может рассматриваться как жилище для лиц, которые выступают одновременно пассажирами и потерпевшими от хищений. [5]

В этой связи заслуживает особого внимания следующий случай.

К. путем взлома запорного устройства двери автомобиля, заведомо зная, что его сосед Б., поссорившись со своей супругой, вот уже несколько месяцев использует свой автомобиль TOYOTA LAND CRUISER как непосредственное место сна и отдыха, ночует в нем и соответственно хранит некие ценности в виде ноутбука и других мелких ценных вещей, проник в него и похитил данные ценности. Поскольку материалами уголовного дела было достоверно установлено, что К. заведомо знал о том, что Б. использует свой автомобиль не только как средство передвижения, но и как ночлег, и соответственно не боится оставлять в нем свое имущество в силу того, что автомобиль оснащен системой сигнализации, действия К. абсолютно обоснованно, были квалифицированы по п. «б» ч. 2 ст. 158 Уголовного Кодекса РФ. [6]

Точно так же, должны признаваться жилищем и временные сооружения или помещения, используемые в качестве жилья на время проведения каких-либо работ (вагончики, сборные домики). В качестве временных жилищ должны рассматриваться только те, которые не имеют более другого предназначения, доступ в которые для виновного и всех других лиц, кроме проживающих, ограничен.

Вместе с тем, необходимо отличать жилище от места временного нахождения человека либо группы людей (не являющееся жилищем). Как ранее об этом было сказано, основным назначением жилища является проживание в нем. В тех случаях, когда человек фактически находится в определенном месте, в том числе в течение длительного периода времени, но нахождение в нем обусловлено не проживанием, а иной целью (например, прием пищи, выполнение трудовых обязанностей и т. п.), исключается наличие жилища. Между тем, когда помещение, строение, сооружение начинает фактически использоваться для проживания, несмотря на то, что ранее оно использовалось для других целей, оно будет признаваться жилищем, например, жилищем будет признаваться транспортное средство, водитель которого в дневное время эксплуатирует его для перевозки пассажиров, а в ночное время, не имея, собственного жилья, использует транспортное средство для проживания (готовит пищу, спит, отдыхает). При этом в иных целях, в ночное время, данное транспортное средство не используется, что исключает его иное назначение.

Данные обстоятельства необходимо принимать во внимание и использовать при отграничении понятий «жилище» и «помещение», когда в связи с осуществлением производственной либо иной служебной деятельностью субъект может продолжительное время находиться в определенном месте.

Хищение с проникновением в жилище посягает еще на один объект кроме собственности — на неприкосновенность жилища как неотъемлемое конструктивное право человека. Неприкосновенность жилища выступает здесь дополнительным объектом хищения, следует заметить в то же время, что неприкосновенность жилища охраняется специальной уголовно-правовой нормой, предусмотренной ст. 139 Уголовного Кодекса РФ. Возникает вполне естественный вопрос, нужна ли дополнительная квалификация хищения, совершенного с проникновением в жилище, по ст. 139 Уголовного Кодекса РФ? По всей видимости не нужна, поскольку одно преступление является конструктивной частью другого преступления, и законодатель в его санкции уже предусмотрел повышенную опасность этого сложного преступления. Вывод об этом подтверждается, в частности, соответствующими положениями Постановления Пленума Верховного Суда от 27 декабря 2002 г. № 29 (п. 19). [7]

Помещением является строение, сооружение, предназначенное для размещения людей или материальных ценностей. Круг такого рода строений весьма широк и разнообразен, охватывая собой административные, производственные (цеха, мастерские), торговые (магазины, палатки), учебные либо предназначенные для коммунально-бытового, медицинского, культурного и иного обслуживания населения помещения, а также любые сооружения иного назначения как постоянного, так и временного характера, как стационарного, так и передвижного.

Характерным признаком помещения является то, что оно обычно используется для размещения как людей, выполняющих свои производственные, профессиональные обязанности, так и материальных ценностей, необходимых для выполнения работы расположенных в них организаций и учреждений.[8]

Понятием «иное хранилище» охватываются устройства и места, которые не относятся к помещениям, но предназначены, приспособлены или специально оборудованы для постоянного или временного хранения материальных ценностей, и в этих целях снабжены какими-либо приспособлениями, препятствующими проникновению в них (запорные устройства, пломбы, ограды), либо обеспечены охраной (сторожа, сигнализирующие устройства, решетки, заборы), препятствующей доступу к товарно-материальным ценностям.

Под устройствами следует понимать предметы материального мира, специально предназначенные для хранения материальных ценностей. Указанным признакам отвечают прежде созданные человеком различные емкости, предназначенные для обеспечения сохранности имущества; сейфы и иные денежные ящики, контейнеры, багажные и грузовые вагоны, охраняемые железнодорожные платформы и полувагоны, прицепы, цистерны и т. д.[9]

Весьма интересным является следующий случай из судебной практики.

Гражданин М., купив дорогой автомобиль, оборудовал его надежной системой спутниковой противоугонной сигнализации, а также по специальному заказу техники, переделав, бардачок автомобиля, сделали из него сейф с кодовым замком. А. Активно пользовался данным сейфом, предполагая, что более надежного места для хранения материальных ценностей нет. Б.,неоднократно наблюдал, как А. садится в автомобиль с различными пакетами и выходит без них, заподозрил наличие в автомобиле тайника. Ночью, убедившись, что хозяин автомобиля спит, с помощью компьютера взломал систему сигнализации, проник в автомобиль и обыскав его, понял, что ценности скорее всего находятся в бардачке, аккуратно взломал кодовый замок и похитил ценности. Содеянное ошибочно было квалифицировано как кража по п. 1 ст. 158 Уголовного Кодекса РФ, в последующем данный приговор в апелляционной инстанции был изменен на п. «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного Кодекса РФ, поскольку было доказано намеренное приспособление автомобиля под хранение ценностей, несмотря на функциональную принадлежность автомобиля как средство передвижения. [10]

Аналогично решается вопрос о хищениях, совершаемых с открытых платформ. Как известно не содержат признака проникновения, если платформы не охранялись. Вместе с тем, расположенные на платформе грузы могут иметь конструктивные емкости, используемые в качестве хранилищ.

Второй категорией объектов, могущих быть признанными иными хранилищами являются определенные места, в том числе и под открытым небом, т. е. участки территории или акватории, если они отвечают двум признакам: во-первых, специально отведены для постоянного или временного хранения материальных ценностей (загоны для скота, огороженные площадки и т. п.) и, во-вторых, оборудованы оградой, либо техническими средствами или обеспечены иной охраной с целью сбережения этого имущества (заборы, решетки, сигнализационные устройства)

Признак отведения той или иной площадки именно для целей хранения материальных ценностей, позволяет отличить хранилище от иных участков территории, хотя и охраняемых, но функционально предназначенных не для хранения, а для иного назначения, например, для выращивания какой-либо продукции (сады, огороды, бахчи, пруды для откорма рыбы, выпасы скота, заповедники), а признак нахождения под охраной – от площадок, хотя и используемых для складирования материалов, но не признаваемых хранилищем в силу их неогражденности или неохраняемости тем или иным образом.

В этом отношении судебная практика справедливо не рассматривает в качестве хранилища всю охраняемую территорию предприятия, полагая, что иным хранилищем в этом случае может быть лишь та часть, которая специально выделена для размещения, складирования и хранения ценностей и особо охраняема в этом качестве.

Так, А. и Г. с целью хищения проникли на территорию автозавода и стали перебрасывать через забор автодетали от автомашины «Волга». Районный суд квалифицируя эти действия как хищение с проникновением в хранилище, как и судебная коллегия Верховного Суда РФ, нашедшая такую квалификацию правильной, исходили из признания таковым всей территории завода. Основанием же для такого вывода послужило то обстоятельство, что указанная территория в целях охраны находящихся внутри нее материальных ценностей, во-первых, огорожена по всему периметру металлической сеткой и бетонным забором, снабженными охранной сигнализацией, а во-вторых, постоянно патрулируется подразделением военизированной охраны.

Президиум верховного Суда, рассмотрев данное дело в порядке протеста, указал в своем постановлении на то, что по смыслу закона основным критерием для признания иного хранилища таковым является отведение и оборудование участка исключительно для целей хранения. Иное назначение таких площадей не дает основания рассматривать подобные участки как хранилище. Следовательно, вся территория автозавода независимо от ее оборудования и охраны не может признаваться иным хранилищем. [11]

Сложным является вопрос о том, относится ли к иному хранилищу сооружение, которое в основном предназначено для определенных целей, с хранением имущества не связанных, однако имманентно используется и для хранения. Речь идет, например, о платежных терминалах, предназначенных для снятия наличных денег, оплаты различных услуг, в том числе услуг интернета, мобильной связи и т. д. Понятно, что они имея отмеченное выше предназначение, используются для временного хранения денежных средств. По смыслу закона (примечание 3 к ст. 158 Уголовного Кодекса РФ) хранение имущества должно быть основным предназначением иных сооружений, на что указывалось выше, в описанной же ситуации этого нет.

С другой стороны, выполнение основных функций терминалов невозможно без осуществления функций хранения денежных средств. Они, разумеется, не предназначены для постоянного их хранения, но обязательно предусматривают хранение временное. Без выполнения такой функции само функционирование терминала будет невозможным. Поэтому хранение денег следует признавать основной, хоть и вспомогательной функцией терминала, а сам терминал – иным хранилищем.

Так же решается проблема с хищениями из терминалов и на практике.

Так, приговором районного суда И. был осужден по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ. Из материалов уголовного дела следует, что И. взломал терминал приема платежей и похитил находящиеся в нем денежные средства. Поскольку платежные терминалы, из которых совершались кражи, предназначены для сбора и хранения денежных средств до момента их изъятия уполномоченным лицом. [12]

На наш взгляд данное решение может быть сочтено верным, если имели место все признаки проникновения в хранилище. Кассовый аппарат, предназначенный для пробивания чеков и выполняющий фискальные функции, одновременно хранит деньги до их сдачи инкассатору. Поэтому такой аппарат так же, как и платежный терминал, может быть оценен как иное хранилище.

От иного хранилища необходимо отличать похожие на него предметы, используемые, однако, не с целью хранения имущества, а например, для его упаковки, переноски на небольшие расстояния и т. п.: сумки, даже с кодовыми замками, чемоданы, футляры и ящики. Проникновение внутрь таких предметов анализируемого признака хищения не образует; оно может быть квалифицировано по другому признаку ч. 2 ст. 158 Уголовного Кодекса РФ (хищение из сумки или другой ручной клади). Однако в каждом конкретном случае следует руководствоваться материалами уголовного дела.

Таким образом, только сочетание двух признаков: надлежащего функционального предназначения (для жилища-это проживание, для помещения — это размещение людей или материальных ценностей, для хранилища- это хранение материальных ценностей) и защищенности тем или иным образом ( для жилища-правовая защита его неприкосновенности, для хранилища-технические или иные средства защиты) может образовывать рассматриваемые понятия. Это обстоятельство имеет немаловажное значение и для уяснения понятия «проникновение». Ведь для вменения рассматриваемого квалифицирующего признака необходимо установить не только тот факт, что изъятие имущества совершено из жилища, помещения или иного хранилища, но и особый способ данного извлечения – посредством проникновения на указанные объекты, необходимость которого как раз и предопределена особой защищенностью этих объектов.

Проникновение коротко можно определить как противоправное вторжение в жилище, помещение либо иное хранилище с целью хищения имущества.[13]

Во-первых, со стороны физической проникновение может осуществляться как непосредственно (в виде физического вхождения или протягивания внутрь руки), так и опосредованным образом, когда имущество извлекается без входа в соответствующее жилище, помещение или хранилище с использованием для его изъятия различных приспособлений (крючка, палки, магнита), дрессированных животных, а также добросовестно заблуждающегося малолетнего или невменяемого лица. На квалификацию способ изъятия ценностей никакого влияния не оказывает.

Во-вторых, со стороны юридической, проникновение всегда является незаконным, т. е. предполагающим отсутствие у виновного права на появление в соответствующем жилище, помещении или хранилище, в которых он оказывается вопреки запрету или, во всяком случае, без ведома и согласия управомоченных лиц, а также путем обмана владельца, работающих или находящихся там на законном основании лиц. Иными словами, проникновение является недозволенным, неразрешенным, поскольку доступ для виновного на данный объект может быть закрыт вообще или ограничен на определенное время, например, нерабочее или обеденное. Собственно, этим и объясняется повышенная общественная опасность такого рода хищений в отличие от хищений имущества, доступ к которому открыт для виновного, в силу чего ему не приходится преодолевать ни правовых, ни технических, ни каких-либо иных дополнительных барьеров для завладения имуществом.

Нахождение лица в помещении, ином хранилище или жилище на законном основании ( например, в связи с работой в данном помещении или добровольным согласием потерпевшего либо лица, под охраной которого находилось имущество) исключает рассматриваемый квалифицирующий признак. Так, хищение из помещения во время работы не может квалифицироваться как совершенное путем проникновения. Наличие у лица свободного доступа в жилое помещение в силу родственных отношений (как члена семьи) или договорных отношений (как временного жильца) также является основанием для исключения признака проникновения.

В частности, ошибочным было признано вменение проникновения в жилище при следующих обстоятельствах:

В., являясь, родной сестрой К., и временно проживая в ее квартире, похитила из шкафа денежные средства К, которые она откладывала на покупку новой квартиры [14] .

В данном случае признак проникновения в жилище отсутствует, поскольку виновная проживала вместе с потерпевшей с ее дозволения и имела свободный доступ к ценностям, то есть отсутствует один из конструктивных признаков проникновения — противоправность.

Немаловажное значение для вменения проникновения в жилище, помещение или иное хранилище имеют также время вторжения. Приход виновного в торговый зал магазина или экспозиционный зал музея, куда во время работы указанных заведений открыт доступ для каждого, также не образует признака проникновения даже при наличии умысла на хищение.

Однако, в литературе существует иная точка зрения, согласно которой, напротив, если виновный вторгся в помещение какого-либо учреждения или организации в нерабочее время, когда доступ в них закрыт (например, в выходной или праздничный день) признак проникновения, несомненно, наличествует. Присутствует он и там, когда виновный оказывается в соответствующем помещении хотя бы и на законном основании, но остается там после его закрытия на обеденный или ночной перерыва с целью совершения хищения. Таким образом, проникновением можно считать и такой способ получения доступа к имуществу, когда виновный законно пересекает границы какого-либо из перечисленных объектов, но неправомерно там остается, прячется с намерением дождаться закрытия магазина, а затем совершить хищение. Несмотря, на то, что в одном случае лицо неправомерно проникает в помещение с целью хищения, в другом — неправомерно остается там с той же целью, принципиальное сходство указанным ситуациям придает то обстоятельство, что виновный имея умысел на хищение, находится в помещении, ином хранилище или жилище незаконно, вопреки правилам, определяющим режим их работы, вопреки воле лиц, отвечающих за сохранность находящегося в нем имущества, или вопреки воле хозяина.

В-третьих, по способу действия проникновение может осуществляться тайным или открытым способом (когда преступник вторгается на объект без согласия соответствующих лиц), либо обманным путем (когда получает такое «согласие» посредством введения в заблуждение, выдавая себя, например, за сантехника или электрика). При этом на квалификацию не влияет способ проникновения[15].

В-четвертых, проникновение может осуществляться как с преодолением препятствий (взлом дверей, люков, кузова вагона, машины и т. д.) или сопротивления людей, так и беспрепятственно, т. е. путем вхождения на оставленные без охраны объекты или незапертые в данный момент двери, ворота, люки, в том числе оставленные незакрытыми в результате ранее совершенного кем-то проникновения.

В-пятых, проникновение — это такое вторжение в жилище, помещение или иное хранилище, которое осуществляется с целью хищения, сформировавшимся до фактического вторжения, ибо законодатель связывает повышенную ответственность не с хищением из помещения, т. е. не с местом совершения, а с местом его особой защищенности и действиями виновного, направленными на преодоление этой защищенности. Следовательно, для вменения рассматриваемого признака необходимо доказать, что умысел на хищение возник у субъекта до момента проникновения в помещение или жилище. Если же умысел на завладение имуществом возник у лица уже в процессе пребывания в помещении, хранилище или жилище, в котором оно вначале находилось без намерения совершить хищение, но затем по возникшему во время нахождения в них умыслу завладело чужим имуществом, в его действиях рассматриваемый квалифицирующий признак отсутствует.[16]

Таким образом, для формирования единообразной правоприменительной практики по рассматриваемой категории уголовных дел требуется правильной применение уголовного закона, основанное не только на текстуальном толковании уголовно-правовых норм, но и на понимании их правовой сущности, социальной обусловленности установления уголовно-правового запрета на их совершение как деяний, обладающих повышенной общественной опасностью.

[1] Лопашенко Н. А. Посягательства на собственность, М., 2012. С. 332

[2] О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое: Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 // Консультант Плюс [Электронный ресурс]: справочная правовая система.

[3] Шаповалов Ю.Н. Развитие законодательного закрепления квалифицирующего признака хищений «Незаконное проникновение в жилище, помещение либо иное хранилище// Гарант [Электронный ресурс]:справочная правовая система.

[4] Кассационное определение Верховного Суда РФ от 5 февраля 2008 г. № 69-007-9 // Гарант [Электронный ресурс]: справочная правовая система.

[5] Лопашенко Н. А. Преступления в сфере экономики, М., 2006. С. 280

[6] Архив Иркутского областного суда за 1999 г. Уголовное дело № 4-67

[7] О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 // Консультант Плюс [Электронный ресурс]: справочная правовая система.

[8] Тугликович М. А. Особенности квалификации тайного хищения чужого имущества, совершенного путем проникновения // Консультант Плюс [электронный ресурс]: справочная правовая система

[9] Лопашенко Н. А. Преступления в сфере экономики, М., 2006. С. 624.

[10] Бюл. Верховного Суда РФ. 1999. № 2. С. 14-15.

[11] Бюл. Верховного Суда РФ. 1993. № 1. С. 6-7.

[12] Информационный бюллетень кассационной и надзорной практики судебной коллегии по уголовным делам Архангельского областного суда за IV квартал 2009 г. //URL:http://www/arhcourt.ru

[13] Лопашенко Н. А. Преступления в сфере экономики, М., 2006. С. 628.

[14] Бюл. Верховного Суда РФ. 1999. № 3. С. 6-7.

[15] Уланова Ю. Ю. Преступления против собственности: особенности квалификации и назначения наказания.// Гарант [Электронный ресурс]:справочная правовая система

[16] Кочои С. М. Преступления против собственности, М., 2010. С. 303

Смотрите еще:

  • Право на неприкосновенность жилища закон Право на неприкосновенность жилища. Правом на охрану неприкосновенности жилища обладают лица, являющиеся его собственниками, законными арендаторами или проживающие по договору найма. При […]
  • Приговоры суда по ст 150 ук рф Приговоры суда по ст 150 ук рф П Р И Г О В О Р Именем Российской Федерации город Северодвинск 8 февраля 2012 года Северодвинский городской суд Архангельской области в составе […]
  • Кража со взломом какая статья Кража со взломом: понятие, состав преступления, ответственность Под кражей со взломом понимается кража, совершенная с незаконным проникновением в жилище, помещение либо иное хранилище (п. […]
  • Погашение судимости по ст 158 ч 2 Порядок и сроки погашение судимости статья 158 часть 2 Добрый день. Скажите, пожалуйста, каков порядок и сроки досрочного снятия судимости по статье 158 часть 2. Срок лишения свободы 2 […]
  • Кража дома статья Кража домашнего имущества - денег, личных вещей Множество жителей нашей страны сталкивались с фактами хищения имущества. Нередко происходят карманные кражи, когда пропадают деньги, […]
  • Судебная практика ст 151 коап рф Дело № 1-75/2011 Именем Российской Федерации г. Буй 07 июля 2011 года Буйский районный суд Костромской области в составе: председательствующего Смолина А.Н. с участием государственного […]
  • Ст 210 гк рф комментарий к ст 210 гк рф Статья 210. Бремя содержания имущества Собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором. Комментарий к статье 210 […]
  • Региональный мат капитал на второго ребенка Материнский капитал в Московской области До 31.12.2016 г. в Подмосковье действовали две отдельные программы материнского капитала: федеральная (актуальная для всей территории РФ, продлена […]
admin

Обсуждение закрыто.